I Am Visited by an Editor and a Poet. Charles Buko

адаптивный перевод

ПРИПЕРЛИСЬ КАК-ТО РЕДАКТОР И ПОЭТ
 
115 баксов налом!
я только что поимел этих высоколобых баранов.
разложившись голым на диване,
слушал оперу какого-то итальянца...
 
едва спровадил одну раскрепощенную фею,
как кто-то постучал в дверь.

около месяца ко мне не заглядывали легавые.
я чуть не обделался, проорав
- кого там черти принесли? че надо?
- я твой редактор, надрывался кто-то снаружи.
- не редактируюсь, проревел я, - домогайся соседей.
- Чарльз Буковски, ты ведь?
заорали в ответ.
я подорвался к железной решетке.
удостоверился — легавых нет.

прикрыв тело халатом,
пнул с прохода пустую пивную банку.
предложил войти поэту и редактору.

с первого взгляда стало понятно - бухну с редактором.
так что, я влил в себя три (за себя и одно за поэта).

они же сидели, потели, пялились на меня,
в то время как я пытался растолковать,
что не являюсь поэтом,
по крайней мере в привычном понимании этого слова.

я лепил монологи о скотных дворах и скотобойнях,
о гоночных трассах, о некоторых тюрьмах и условиях
заключения. внезапно издатель вытащил
какие-то журналы и швырнул в моем направлении
точно между пивных банок.

мы говорили о «Цветах Зла», Бодлере,
Вийоне, и о том, на что похожи
некоторые современные стихоплеты.
J.B. May и Wolf the Hedley  слишком стерильны —
маникюр и прочая херня...
я извинялся за баночное пиво,
за отросшую бороду и весь тот хлам на полу.

довольно скоро всех потянуло ко сну...
редактор вдруг встрепенулся
- уже пора? поинтересовался я.
и они  мгновенно свалили.
я же пытался вникнуть...
какого черта?  видимо,
им не понравилась увиденная обстановка.
но я не продаю баночное пиво
и не распоряжаюсь гастролями оперных певцов из Рима.
под кроватью у меня драные носки,
а на кровати – немытые ноги.
я продаю рифмы и строки
собственной жизни.

...расхаживая по комнате, открыл очередное пиво,
взглянул на журналы — на обложках моё имя.
так и не просек, что мы создаём:
поэзию? или мы всего лишь кучка паникёров,
что жмутся в искусственном мирке, стиснув очко от страха.


 
I Am Visited by an Editor and a Poet
 

I had just won $115 from the headshakers and
was naked upon my bed
listening to an opera by one of the Italians
and had just gotten rid of a very loose lady
when there was a knock upon the wood,
and since the cops had just raided a month or so ago,
I screamed out rather on edge—
who the hell is it? what you want, man?
I’m your publisher! somebody screamed back,
and I hollered, I don’t have a publisher,
try the place next door, and he screamed back,
you’re Charles Bukowski, aren’t you? and I got up and
peeked through the iron grill to make sure it wasn’t a cop,
and I placed a robe upon my nakedness,
kicked a beercan out of the way and bade them enter,
an editor and a poet.
only one would drink a beer (the editor)
so I drank two for the poet and one for myself
and they sat there sweating and watching me
and I sat there trying to explain
that I wasn’t really a poet in the ordinary sense,
I told them about the stockyards and the slaughterhouse
and the racetracks and the conditions of some of our jails,
and the editor suddenly pulled five magazines out of a portfolio
and tossed them in between the beercans
and we talked about Flowers of Evil, Rimbaud, Villon,
and what some of the modern poets looked like:
J.B. May and Wolf the Hedley are very immaculate, clean fingernails, etc.;
I apologized for the beercans, my beard, and everything on the floor
and pretty soon everybody was yawning
and the editor suddenly stood up and I said,
are you leaving?
and then the editor and the poet were walking out the door,
and then I thought well hell they might not have liked
what they saw
but I’m not selling beercans and Italian opera and
torn stockings under the bed and dirty fingernails,
I’m selling rhyme and life and line,
and I walked over and cracked a new can of beer
and I looked at the five magazines with my name on the cover
and wondered what it meant,
wondered if we are writing poetry or all huddling in
one big tent clasping assholes.

 2018