Парменид 2

А если мысль и бытие одно и то же, то и бытие должно отождествляться и различаться не по условиям существования в пространстве и времени, а по содержанию, т. е. по мыслимым определенностям, и только по ним.

А. С. Ахманов.

О! Это следствие мне хорошо известно! Оно справедливо и для бытия, и для мысли одинаково, именно потому и тогда, когда они одно и тоже.
Например, сказал ли эту мысль Гераклит, или Джордано Бруно, или Якоб Бёме - а мысль может быть одной и той же, только в разных одеждах. И соответственно, взошёл ли на костёр Джордано Бруно или Жанна д'Арк - это один и тот же поступок, одна и та же свободная воля, и суд над Сократом, и казнь Христа. И все это - вне времени и пространства. Потому что бытие, закон тождества действительно имеют место быть только вне времени и пространства.

Но нужно ещё научиться "так" видеть.
Но этому нельзя научиться, с этим можно только родиться. Не в плане того, что многим путь заказан ( хотя так оно и есть, ибо сверхтруден), а в плане того, что в любом возрасте в это надо именно "родиться", обучение тут бесполезно.

Эта свободная конвертируемость мышления в бытие и обратно бытия в мышление является основным законом тождества, а вовсе не то, что А равно А.
Узнаю бытие по мышлению - должен был бы вскричать элеат, - а мышление узнаю по бытию!

"Если я в аду, значит знаю свою беду" - пел А. Башлачев, применяя внутренний закон тождества, - " а если я в раю, узнаю запрет по плоду". Гений легко воспроизводит этот закон чисто интуитивно ко всем ситуациям своей жизни. Но вот о других людях подобного не скажешь, и все выглядит как раз так, что закон тождества в его истине, а не в его полуженском обмане, даётся им труднее всего.

"Вижу тебя ясно" - вот это вот невозможно без того, чтобы бытие не опосредовалось мышлением, а мышление бытием. Что-то похожее на сократовское - "заговори, чтобы я тебя увидел". И это совсем не кажется похожим на изречения Парменида, между тем как это и есть оно.

Поэтому проблема Парменида или тождества тянется исторически " вечно" и неузнаваемо через все наши столетия и вплоть до сегодняшнего дня. Различные времена только переписывают её конкретную постановку. И в каждой личной жизни эта постановка тоже всегда своя особенная.