Русалочка. Глава V

(Парафраз сказки Андерсена Г.Х.)

Глава V.

И ведьма принялАсь за дело:
Огонь пожарче развела,
Котёл поставила, снадОбий
В него подбросила. ПрочлА

Презлобное своё заклятье
И, расцарапав себе грудь,
В котёл плеснула чёрной крОви.
Со дна котла поднЯлась муть.

Лишь только вАрево вскипело,
Русалочке дала питьё,
А после лезвием умело
Язык отрезала её.

И, сжав в своих руках напиток,
Русалка проскользнула в сад,
Чтоб навсегда проститься с домом,
Ведь путь отрезан ей назад.

Поднявшись на поверхность моря,
Увидела перед собой
Дворец и лестницу. На небе
Сиял ей месяц молодой,

И озарял чудесным светом
Безмерную морскую гладь.
Она достала своё зелье:
Заря взошла, пора принять.

Какая ж боль её пронзила,
Как будто огненным мечом.
Сознанье потеряв, упала,
Всплеснув лишь по воде хвостом…

Очнулась, когда солнце было
Уже в зенИте. Перед ней
Стоял красавец Принц и был он
Ещё желанней и роднЕй.

Своими чёрными, как угли
Глазами на неё смотрел.
Как видно, видя её мУки,
Помочь ей искренне хотел.

Она смутилась. На расспросы
Ответить Принцу не могла.
На ней ведь не было одежды,
К тому ж навек немА была.

Исчез и хвост, и ей на радость
Две чудных ножки отрослИ.
Она закуталась в густые
Как стебли водорослей власЫ.

Принц, взяв тогда её за руку,
Прошествовал с ней во дворец.
Сказала правду ведьма, мУкой
Ей каждый шаг был. Наконец,

Её омыли, причесали,
В шелкА одели. Так она
Красавицею первой стала,
Пусть не рабыня, не жена.

Печально было, что не может
Она ни говорить, ни петь.
Русалочке так грустно стало.
Не в силах более терпеть,

Приподнялась и вмиг в воздушном
Вращенье танца понеслась
По залу. Лёгкая походка
Ей так мучительно далАсь. 

Восторг всех зрителей наполнил,
А Принц немедля повелел
Быть в его свите безотлучно,
Не покидать дворца предЕл.

Велел ей сшить мужское платье,
Чтобы могла сопровождать
Его в прогулках конных, вместе
На крУчи горные влезать.

Она в блаженстве пребывала,
Хотя из ног сочилась кровь.
Их ночью остужала в море.
Что это, если не любовь?

Иной раз в полночь приплывали
На берег сёстры, пели ей.
Она их слушала печально,
Кивая головой своей.

Раз даже бабушку видала,
Отца в короне золотой.
Они, как видно, горевали,
И лишь махали ей рукой.