Существуют ли вампиры?

Существуют ли вампиры? На этот вопрос почти любой ответит: «Нет, конечно». Я и сам так думал — до определённого момента. Считал всё это красивой легендой, мифом, приправленным суевериями: кресты, осиновые колья, боязнь света… Ну правда же, кто в такое всерьёз поверит?

Но однажды я встретил её.

Сначала она казалась совершенно обычной девушкой. Ни намёка на что-то странное. Та же улыбка, те же жесты, тот же смех. Мы гуляли, разговаривали, смеялись над одними и теми же шутками. Я даже не подозревал, что рядом со мной — не человек.

Понимание пришло не сразу. Оно складывалось из мелочей, из тех самых «аномалий», которые поначалу списываешь на случайность или собственную невнимательность.

Первые звоночки
Однажды мы поехали на велосипедах за город. Я гнал на 30 км/ч, чувствуя, как накатывает усталость. А она… бежала рядом. Просто бежала, лёгкой, пружинистой походкой, будто это для неё разминка. Два километра, три, пять — а она даже не запыхалась. Улыбалась, поглядывала на меня и говорила: «Ну что, сдаёшься?»

Я сдался. А она — нет.

Потом был случай в ванной. Я случайно задел рукой струю кипятка — вскрикнул, отдёрнул руку. А она спокойно подставила ладонь под кипяток, словно это тёплая вода. «Ты что делаешь?!» — закричал я. Она лишь усмехнулась: «А что такого?»

Открытие
Постепенно я начал замечать и другие странности. Её температура тела могла меняться: то она ледяная, то обжигающе горячая. Однажды, когда я в шутку сказал, что она лёгкая как пёрышко, она взяла меня — меня, 90-килограммового парня — на руки и подняла к потолку, будто ребёнка.

«Как?!» — только и смог выдохнуть я.

Она посмотрела на меня, и в её глазах мелькнуло что-то… нечеловеческое.

Тогда-то всё и вскрылось. После долгих уклончивых ответов, после попыток отшутиться, она наконец сказала:

— Да, я вампир.

Что значит «вампир»?
Нет, это не оживший мертвец и не инфернальное чудовище из сказок. Внешне — абсолютно человек. Но внутренне… внутренне всё иначе.

Её физиология — это другая биомеханика. Её мышцы работают иначе, её сердце бьётся в ином ритме, её кожа не боится того, что для нас смертельно. Она не стареет. Не устаёт так, как мы. Не нуждается в пище, как мы.

Но ей нужна кровь.

Любовь и страх
Наши ночи стали чем-то средним между блаженством и кошмаром. Она могла часами не спать, часами быть рядом, часами… любить. Её тело было невероятно гибким, её сила — пугающей, её страсть — всепоглощающей.

А потом, когда я засыпал, она наклонялась ко мне. Лёгкое прикосновение зубов — и я чувствовал, как тепло растекается по венам. Не больно. Скорее… странно. Как будто она забирала часть меня, но взамен оставляла что-то своё.

Я знал, что это опасно. Знал, что она — не человек. Но я продолжал любить её. Потому что за всей этой сверхъестественной оболочкой была она: та самая девушка, с которой я смеялся, спорил, мечтал.

Расставание
Однажды она сказала:

— Нам нужно расстаться.

— Почему? — спросил я, хотя уже догадывался.

— Потому что ты — человек. А я — нет. Ты заслуживаешь обычной жизни. Обычной любви. С кем-то, кто не будет пить твою кровь по ночам.

Я пытался возражать. Говорил, что мне не нужен «обычный» партнёр, что я люблю её, любую. Но она была непреклонна.

— Ты ещё встретишь свою человеческую девушку, — сказала она на прощание. — А я… я останусь в тени.

После
Сейчас, когда я пишу это, я всё ещё не знаю, верить ли в вампиров. Наука скажет «нет». Здравый смысл — тоже. Но я-то знаю. Я видел. Я чувствовал. Я любил.

И если где-то там, в темноте, она всё ещё бежит, лёгкая и неуязвимая, я хочу, чтобы она знала: я не жалею. Ни о чём.


Алиса AI