Георг Гейм 1887-1912. Призрак войны

Призрак войны

https://youtu.be/Um67lUw-l1Y

Он проснулся, страшный, тот, кто долго спал,
Из глубоких сводов, в сумерках он встал,
Исполин огромный и презрев покой,
Он Луну сжимает чёрной рукой.
 
Проникает быстро в городов он шум,
Тьмою и морозом, страшен и угрюм,
Круговой вихрь рынка превращаетя в лёд.
Ни души не видно. Темень настаёт.
 
В переулках тёмных всех берёт за плечи.
Ужасом охвачены лица человечьи.
Вдалеке скулит вдруг тихо колокольчик
И дрожит бородок заострённцй кончик.
 
И в горах, танцуя, бьёт всех по плечу:-
"Воевать идите, щедро заплачу! "
Он цепями с тысячей черепов обвитый,
Машет чёрной головой со своею свитой.
 
Он выходит страшный, стал он с башней вровень,
Там, где день уходит, реки полны крови.
Миллионы трупов от его усердья,
Пятнами покрыты трупы птицей смерти
 
Над потоком синим пламени вкруг стен
В переулках чёрных там, где вой сирен,
Где лежит охрана тихо у ворот
У мостов гниющих тел невпроворот

И с огнём он гонится в ночь по всей стране,
Рыжею собакою в огненной слюне.
Там из мрака ночи чёрный мир встаёт
И горят вулканы сутки напролёт
 
С тысячею красных заострённых шляп
Тёни быстро мечутсяе и мерцает зябь,
Что кишит туда-сюда в панике внизу,
Он сметает вместе а пламя полосу.
 
Пламя пожирает вмиг за лесом лес,
Мыши в них летучие падают с небес.
И своею тростью,яростью охвачен,
Ворошит деревья, чтоб горели ярче.
 
Город тихо тонет, дым в нём повсеместно
Он беззвучно брошен прямо в чрево бездны.
Но над ним огромного видим исполина
Факел в небо тычет, город весь в руинах
 
Под холодным небом, что в обрывкох туч,
В мёртвой он пустыне, страшен и могуч.
Чтоб своим бы пламенем иссушить просторы
Он смолу и серу сыплет на Гоморру.

https://www.youtube.com/watch?v=cO_sdb8CpIw


Georg Heym

Der Krieg I

Aufgestanden ist er, welcher lange schlief,
Aufgestanden unten aus Gew;lben tief.
In der D;mmrung steht er, gro; und unerkannt,
Und den Mond zerdr;ckt er in der schwarzen Hand.
 
In den Abendl;rm der St;dte f;llt es weit,
Frost und Schatten einer fremden Dunkelheit,
Und der M;rkte runder Wirbel stockt zu Eis.
Es wird still. Sie sehn sich um. Und keiner wei;.
 
In den Gassen fa;t es ihre Schulter leicht.
Eine Frage. Keine Antwort. Ein Gesicht erbleicht.
In der Ferne wimmert ein Gel;ute d;nn
Und die B;rte zittern um ihr spitzes Kinn.
 
Auf den Bergen hebt er schon zu tanzen an
Und er schreit: Ihr Krieger alle, auf und an.
Und es schallet, wenn das schwarze Haupt er schwenkt,
Drum von tausend Sch;deln laute Kette h;ngt.
 
Einem Turm gleich tritt er aus die letzte Glut,
Wo der Tag flieht, sind die Str;me schon voll Blut.
Zahllos sind die Leichen schon im Schilf gestreckt,
Von des Todes starken V;geln wei; bedeckt.
 
;ber runder Mauern blauem Flammenschwall
Steht er, ;ber schwarzer Gassen Waffenschall.
;ber Toren, wo die W;chter liegen quer,
;ber Br;cken, die von Bergen Toter schwer.
 
In die Nacht er jagt das Feuer querfeldein
Einen roten Hund mit wilder M;uler Schrein.
Aus dem Dunkel springt der N;chte schwarze Welt,
Von Vulkanen furchtbar ist ihr Rand erhellt.
 
Und mit tausend roten Zipfelm;tzen weit
Sind die finstren Ebnen flackend ;berstreut,
Und was unten auf den Stra;en wimmelt hin und her,
Fegt er in die Feuerhaufen, da; die Flamme brenne mehr.
 
Und die Flammen fressen brennend Wald um Wald,
Gelbe Flederm;use zackig in das Laub gekrallt.
Seine Stange haut er wie ein K;hlerknecht
In die B;ume, da; das Feuer brause recht.
 
Eine gro;e Stadt versank in gelbem Rauch,
Warf sich lautlos in des Abgrunds Bauch.
Aber riesig ;ber gl;hnden Tr;mmern steht39
Der in wilde Himmel dreimal seine Fackel dreht,
 
;ber sturmzerfetzter Wolken Widerschein,
In des toten Dunkels kalten W;stenein,
Da; er mit dem Brande weit die Nacht verdorr,
Pech und Feuer tr;ufet unten auf Gomorrh.