Мать

МАТЬ

У меня воюют пятеро,
В батьку - статны и крепки.
Говорят: - Идем кильватером.
Все то, значит, моряки.

Я кильватер знаю, видела
В нашем городе морском,
Как эсминцы шли за лидером,
Молвить попросту, гуськом.

Так и детки ходят выводком
По морям, морям, морям,
Не давая спуску выродкам
Нынче - здесь, а завтра - там.

Хоть хвалить сынов не принято,
Да смолчать попробуй тут,
Коль с морей о каждом сыне то
Вести громкие идут.

Первый вышел в путь намеченный
Невидимкой - под водой.
Я слыхала, для неметчины
Стал он сущею бедой.

Под Одессою побоище,
Он - туда, сквозь водоверть:
Дескать, срежемся с тобой еще,
Уважаемая смерть!

Смерть метнулась к Севастополю,
Он - сюда: - Полундра! Стоп!..
Мы носки в пещерах штопали
Тем, кто гнал фашиста в гроб.

Знали мы: сыночки выстоят,
Хватит сердца для страды!
Лбом об стенку рать нечистая
Билась - попусту труды!

Немец - бомбою, и миною,
И снарядом! А матрос,
Будто связан пуповиною
С нашим городом, прирос

К дорогому камню сизому -
И не сдвинешь, хоть убей!
Неспроста гонял он сызмалу
Чаек вместо голубей.

Немца видимо-невидимо
Подошло. Но встал моряк,
Где велело сердце быть ему:
Только тут и только так!

Битва слишком уж неравная
Получилась... Мы ушли,
Чтоб за базу нашу главную
Отомстить с Большой земли.

Ох, и мстим же! Местью лютою
Воздаем за все сполна,
С каждым часом и минутою
Разрастается она.

Старший вновь - аж до Румынии
Держит курс. И ничего!
Только бог да море синее
Видят подвиги его.

А другой над старшим плавает,
За борт выкинув покой.
И покрыл все море славою
Мой охотничек морской.

На него летят, пикируют,
А сынок: - Огонь! Огонь!
Он и в детстве был задирою,
И сейчас - попробуй, тронь!

Двое меньших - это Балтика,
Это - Питер, Ленинград.
Им не скажешь: -Эй, подбавьте-ка!
- Сами полымем горят.

Страстотерпцы, долю тяжкую
Оба приняли в те дни, —
Все ж матросскою замашкою
Мать утешили они.

А последний северянином
Оказался на войне.
Дважды был на суше раненым -
Только злее стал вдвойне!

Снайпер... В меткости тягается
Он с охотником морским:
Уж трехсотый немец кается,
Что совался в драку с ним!

- Бей их, сын, со всею злобою
Жизни подлые губя!
Я то варежки особые
Вывязала для тебя.

Не спала ночей за спицами,
Наяву видала сны,
Как ты держишь верх над фрицами,
Спрятав пальцы в две весны...

Так с матросиками милыми
Разговор веду я свой,
Помогая всеми силами
Им вести священный бой.

Может, кто там и поморщится:
Дескать, тоже фронтовик!
Что ж, не спорю, я уборщица,
Труд и вправду невелик.

Но затем я и работаю,
Чтобы в чистой мастерской
Каждый мог большой работою
Подпирать наш флот морской.

В чистоте-то больше, думаю,
Смастеришь для кораблей.
Жгу хоть малую звезду мою -
Все же с ней сынкам светлей.

Честь моя ведь не умалена:
Я метлой сметаю гнусь...
Я за Маршала за Сталина
Вечно господу молюсь.

Я молюсь о даровании
Многих сил в борьбе ему,
Чтоб фашистам до Германии
Не дойти! Ни одному!

И молюсь я божьей матери
Темной ночью, ясным днем,
Чтоб сынки мои в кильватере
Воротились в мирный дом.


Март 1944 г.




"Золотые огни". Павел Панченко. 1948 год.