Куст сирени

(Парафраз одноимённого рассказа Куприна А.И.)

Сирень отныне и навеки,
Покуда сердце бьётся, мой
Цветок любимый... Он когда-то
Верховной волей стал судьбой…

     ______________


Нахмурил брови, губы сжаты,
Причина веская на то.
В свой кабинет молчкОм проходит,
Не сняв калоши и пальто.

Садится в кресло, смотрит тупо
Куда-то в угол, головой
Качает, кулаком грозится,
На пол портфель швыряет свой.

Жене становится вмиг ясно:
Супруг экзамен провалил,
Жизнь кончена, всё так ужасно.
Муж на пределе своих сил...

Теперь, чтоб прояснить, сначала
Начнём рассказ, издалека,
Тем более был этот казус 
Не с ним одним наверняка...

Алмазов Николай Евграфыч -
Младой и скромный офицер,
Весьма к тому же не богатый,
Тщеславный, прочим не в пример,

Курс лекций слушал в Академии
Генштаба, а каких трудов
Ему досталось это право,
Не знал никто. Тупых голОв

Ведь там не держат, это точно.
Всяк понимает: на войне
Продвинуться в чинах попроще,
Чем в жизни мирной.
                Там вполне

Довольно раз сходить в атаку
И, коли выжил, сразу чин!
А в мирной жизни гарнизонной
Ты сам себе не господин.

ДобрО колИ начальник старый,
Иль дочь на выданье его,
Тогда расти тихонько можно,
Жизнь в гарнизоне ничего.

А ежли он бирюк зловредный,
Да к рюмке с сызмальства прилип,
Считай, что ты совсем пропащий
В карьерном росте, что ты влип.

Алмазов аж два года бился
За это право поступить.
Проваливал всё беспременно
И начинал себя казнить

За неуменье обустроить
Жизнь в гарнизоне, быт жилой.
Не будь жены он непременно
Давно б на всё махнул рукой.

Но Верочка пасть мужу дУхом
Не позволяла и его
К свершеньям новым призывала,
Хоть это было нелегко.

Себе отказывала часто
В необходимом, чтоб создать
Комфорт для мужа, не гнушаясь
Ему в учёбе помогать,

Быть переписчицей и чтицей,
Чертёжницей, напоминать
О важных датах и событьях,
Быть репетиторшей.
                Сказать

При этом стоит, что совместно
Так кое-как они дошли
До выпускного испытанья,
Два года выдержать смогли.

И вот сегодня был экзамен:
Муж сдал профессору чёртёж,
План-схему местности. Чертили
Они её всю ночь, и что ж?

Профессор тяжкий труд не принял,
Забраковал из-за того,
Что план от местности отлИчен,
Не точен, якобы.
                Его

Немецкий педантизм узрел-де,
Что в поле не было кустов,
План-схема сделана небрежно,
В Генштабе нет, мол, дураков!!!

«Каких кустов, скажи точнее»,-
Ему жена твердит в ответ?
«Ну, помнишь, кляксу я повесил
Вчера случайно?
                Так вот след

Её подчистки и решил я
Закамуфлировать под куст,
А этот хмырь штабной, как видно,
Всю местность помнит наизусть.

Нет, говорит, куста и точка.
И мне по лбу указкой щёлк!
Провал полнейший и теперь-то
Одно осталось, снова в полк

С позором, треском! И всё это
Из-за поганого пятна...
Я спорить начал с ним… Признался б
Уж лучше, мол, моя вина,

Про кляксу рассказал. Глядишь и
Всё дело в шутку обернул…
Но он на принцип: Завтра лично
Проверю местность…
                Перегнул

Я на своё несчастье. Видно
Высокий чин не для меня!»
«А я хочу быть генеральшей, -
Вскипела верная жена. –

Что слёзы лить, ну-к, одевайся.
Не отступлюсь я от мечты.
Раз твой профессор не сговорчив,
Так, значит, будут там кусты!»
 
Алмазов пробовал уж было
Начать супруге возражать,
Но Вера действовала быстро,
Решая, что бы ей продать.

Вот серьги, вот браслет старинный,
Кольцо, вот мужа портсигар,
Хоть и серебряный, но вряд ли
За них даст много антиквар.

Скорей в ломбард. Оценщик скупо
Дал только двадцать три рубля.
Потом к садовнику. С ним быстро
Всё перетёрли. Вуаля!

Вот он пустырь, как раз то место
На схеме… Точно в аккурат.
Чрез два часа кусты сирени
Дарили свой здесь аромат…

Скорей домой, переодеться.
Профессор больно уж суров.
Не терпится себя уверить:
В генштабе нет, мол, дураков.

Ждала супруга у подъезда,
Так уж у них заведено,
И по походке догадалась:
Быть генеральшей суждено!

Сирень отныне и навеки,
Покуда сердце бьётся, мой
Цветок любимый... Он когда-то
Связал по гроб меня с женой…