Нагревальщик

         Нагревальщик

- Товарищ, я вахту не в силах стоять!-
Сказал кочегар кочегару.

Мне снилось: я встал на рассвете,
Накинул отцовский пиджак -
И к синему Черному морю
Пошел налегке, натощак.

Со мною, как-будто приснился
Нам всем одинаковый сон,
Друзья, с узелками подмышкой,
Со всех выходили сторон,

Навстречу нам чайки бросались -
Кончалась пора голубей.
Иначе качало слободку,
Большую мою колыбель.

В той люльке еще не бывало
Бедовой такой детворы:
Мы в будущее поднимались,
Сбегая с Поповой горы.

Я шел - и казалась похожей
Походка моя на полет.
Приделанный к Черному морю,
Завод мой, казалось, плывет.

Восток пробирался на Запад,
А Запад спешил на Восток.
И пересекал им дорогу
Привязанный к пристани док.

И вот я склоняюсь над горном,
Котельные клещи беру,
Огонь заслоняю от ветра,
А сам я горю на ветру.

И пусть разгремится работа -
Наполнит меня тишиной:
Мое торопливое пламя
Встает над моею страной.

Высокие, на рештованьи
Друзья моей жизни стоят.
Я с палубы вижу просторный,
Морями наполненный взгляд.

„А сколько подспудных республик
Вмещается в этих зрачках!
И сколько судов знаменитых
Таится в горячих руках!"

Вот так я подумал и вижу:
Какие-то руки сквозь гарь
Проносят над морем слободку,
Как-будто огромный фонарь.

Какая-то злая планета
От этого света зажглась.
И все, что казалось далеким,
Навеки отрылось для глаз.

Какие-то дети играли
С приливом! Какая-то мать
Учила моряцкого сына
Шумящие волны ломать.

То в песню уйдет с головою,
То, стихнув, прикусит губу,
Как-будто в словах заунывных
Сыновнюю слышит судьбу.

Как-будто узнала беднягу,
Что вахты не смог достоять...
А мальчик? Он пригоршни моря
Бросает в притихшую мать.

„Страшна кочегарская песня.
До гроба ее не забудь!
Пробейся - пройди капитаном
От века положенный путь!"

Какой-то моряк рыжеватый,
Но до-смерти схожий со мной,
Того же мальчишку знакомит
Уже с пароходной волной.

Раскинулось море морями!
Как сердце, стучит пароход.
Вертят кочегары колеса,
А мальчик на шканцах растет...

Отцовский пиджак полыхает,
Как синее море, на нем.
Со мною он встал на рассвете,
Как я, он стоит над огнем.

Он этот огонь называет
Огнем материнской мечты.
А грудь поднялась доотказу,
До самой тугой высоты.

„И пусть, — говорит он,- работа
Наполнит меня тишиной, -
Мое торопливое пламя
Встает над моею страной,

Над миром!" Но голос далекий
И все же похожий на мой:
- Чего же ты спишь, нагревальщик?-
Раздался в дыму, за кормой.

- Чего же ты спишь, нагревальщик? -
Отец на заре говорит...
Гудит камелек раскаленный
И комната - словно горит.




"Отцовское солнце". Павел Панченко. Советский писатель. 1935 год.