сказочно-рассказочное

Я верю сказкам!
В них эльфийский чародей
сонм о́рков
одолеет в одиночку.
Смущает ба́йками кикимор берендей, –
на пару с лешим крутит заморочки.
Там лебедь белая под патронат Луны
вдруг обернётся ласковой деви́цей
и в расписную царскую светлицу
войдёт наряженная — в статусе жены…
Изобретательность голь-шмо́ли велика, –
чудесней нет безудержных фантазий!
Элементарно в них восславить смельчака,
мучителя казнить — за безобразье.
И пусть сказанье — миф,
затейливый фольклор,
исток его сокрыт в людской надежде.
Мы верим в чудо сказки, как и прежде,
подобно памятке из детства... До сих пор
рассказывая небылицы малышне,
становимся и сами чуть добрее, –
герои сказок оживают в тишине,
распутывая каверзы злодеев…
Там мозгови́тей человека дикий зверь,   
он простофиль двуногих учит жизни,
чтоб не дичал от неизбежности потерь,
заботливым прослыл и бескорыстным.
Чтоб не прельщал сознание салют побед,
не пу́чило от гибельной гордыни, –
чтоб на миру́ не выглядеть кретином
и подобающе вести себя, коль дед…
Две стороны́ истории — как у Луны,
одна из них всегда от нас сокрыта,
чтоб не прослыть старухой у корыта,
постичь последствия зазнайства и вины
и напитаться щедрым знанием веков,
почерпнутых из верований разных,
сорвать наивности девической покров,
переиначив перифразы басни, —
читай их, золушка!
Поне́же будет "прынц"
и чуррос с кофе поднесёт в посте́лю.
Но помни про лукавство…
и Емелю,
что только с щукою сноро́вист:
«бэм-с» и «дынц!»