Тётка

Операционная...
Хирург - анестезиологу:
- Почему пациент в сознании?
- Потому что вы в него еще скальпель не воткнули...

Из реанимации меня перевели в палату.
- В палате вам будет спокойнее, - сказал лечащий врач и протянул мне свой телефон, - поговорите с женой, номер я набрал.
- Мне попрощаться?
После небольшой паузы:
- Извините доктор, неудачно пошутил.
Не знаю, был ли он со всеми так обходителен или только со мной. Но то, что по истечении 2--х лет после операции я ещё живой, так это благодаря ему.
- Я сам люблю приколоться,  - признался он, когда я сделал вид, что потерял сознание при удалении назогастрального зонда - но не так жёстко. Видите, сестричке плохо стало.
В палате мне досталась койка с разорванным матрасом, вернее, матрас состоял из 3-х частей и части эти каждый раз пытались разойтись, как только я ложился на него.
Из знакомых больных был только кабельщик Лебедев.
Тот самый Лебедев, которого я принял за профессора из-за его клинообразной бородёнки. Это вокруг его койки в реанимации стояли специалисты, чтобы решить непосильную задачу, что делать с ним дальше и вот сейчас он радостно встречал меня.
Ещё в реанимации у меня началась жуткая головная боль, её усугубляла дежурная бригада из двух молодых сестёр и санитара. Молодёжь, не обращая внимания на больных, вела себя шумно и праздно. Особенно они изголялись ночью.
- Что вас беспокоит?
Это было так неожиданно после 2-х дней безучастия к моей персоне.
-  А вы кто?
- Заведующая реанимацией.
Я сразу влюбился в неё.
" Молодая, красивая, белая... Моя с первого взгляда любовь..." (В.Высоцкий).
- Мне бы от головной боли таблетку.
- Какую?
- Белую.
- К сожалению, есть только кетопрофен.
- Это как мёртвому припарки. Ладно, давайте кетопрофен.
- Сделаем укольчик, таблетку проглотить вы не сможете, поскольку в пищеводе у вас зонд.
Уже в палате я спросил врача, что мне делать с головой.
- Купите ампулы с лекарством, которое снимет головную боль, это, пожалуй, всё, что я могу посоветовать.
Позвонил Галке и через 2 часа у меня на столе лежала пачка Спазмалгона для внутримышечного введения.
- Где эта сестра, где её чёрт носит?
Терпеть боль было невыносимо.
- Она до утра может не появиться, - сказал мужик на койке у окна, - на капельницы придёт.
- Кто-нибудь, нажмите на тревожную кнопку.
- Бесполезно, они уже спят, - это уже парень из Луги с гастростомой в желудке, его  хотели выписать, но острая боль в колене помешала ему покинуть клинику.
Но чудо случилось, появилась сестра.
- Что у вас? - сбрасывая дремоту недовольно спросила она у Саши из Череповца с неоперабельным раком желудка, над койкой которого висела тревожная кнопка.
- Это я вас вызвал.
Она посмотрела на меня как на говно.
Раздобревшая "старуха" под 60, без какого-либо интеллекта на лице, она дорабатывала стаж, чтобы увеличить пенсионное пособие.
- Сделайте, пожалуйста,  укол, голова разрывается от боли. Здесь ампулы.
Я протянул ей упаковку с ампулами.
- Без указания врача ничего делать не буду.
- Врач разрешил.
- Ничего не знаю.
Она уже собралась уходить.
- Подождите, я сейчас позвоню врачу и он подтвердит.
- Я сказала, делать ничего не буду.
В целом она была права, но терпеть боль я уже не мог.
И тут меня прорвало.
- Знаете, ну какая вы сестра, вам нельзя работать в больнице. Вы злая, нетерпимая тётка, у которой ни эмпатии, ни сострадания к больному. Как вы можете работать, если не разделяете его переживания. Есть же дежурный врач, позовите его.
Укол в бедро заставил меня замолчать.
Назавтра Лебедев рассказывал Галке.
- Юрка ночью такое устроил. Теперь сестра как шёлковая, надо бы и мне так. А то я её спрашиваю, можно мне сосиску съесть, а она говорит, ешьте, что хотите, мне всё равно.
Больше я эту сестру не видел и что с ней стало - не знаю.
А после укола боль притихла и я смог, наконец, выспаться.