Заклятье Вельзевула 3

От автора. В начальной части поэмы речь идет об истории древней монеты с изображением Христа, которую заколдовал Вельзевул, заменив на ней лик Христа на лик Красса и сделав губительной для человечества.

Лирическое отступление.
(Повтор отступления первого варианта для удобства чтения)

Христа идеи безграничны.
Его завет: любить людей.
Такое всем нам органично.
Христа заветов нет добрей.

Но мир людей без меры сложен.
Тут всяких склок и дрязг не счесть.
Увы, прогресс подчас безбожен.
Забыть заставит слово «честь».

Заилятся добра идеи.
Не каждому хорошим быть! -
Так думают о нас злодеи.
Но нам-то нужно с верой жить -

В то, что Добро всегда в почете.
Оно, конечно, победит.
Не станет целью на охоте,
Где горе будет, коль убит

Добра носитель и мечтатель,
В душе, которой мощный свет
Дает Христос — сердец искатель.
Зло причинить не сможет вред:

Оно бессильно перед людом,
Союз познавшим светлых сил
Души и сердца — это круто.
Душе всегда свет сердца мил.

Давайте смоем наслоенья
Вражды и злобы вековой.
Поднимет это настроенье
Людей своею добротой.

Христос не зря был на планете.
Его идеи родником
Во взрослом каждом, также детях,
Пришедших в мир там, где роддом.

Новый финал. Зри в корень!

Один художник, жизнь познавший,
В своей постели умирал.
От жизни был он не уставший,
Хотя в той шел девятый вал

Больших планетных потрясений.
Судьба — как очередь из войн.
Художник был по силе гений,
Но добрый только, а не злой.

Его красивые полотна
Дарили людям свет души,
Который лился прямо в окна -
Такой этюд, душа, пиши!

Спасти творца могли бы деньги
На операцию, но та
Была художнику до феньки.
Он в мире жил, где красота

Спасала мир бесплатным чудом…
Но у художника был сын,
Который вместе с прочим людом
Ценил не вымысел — алтын.

Он стал просить прислать копейку,
Из коей бы сложился рубль,
А тот в мильона два. Злодейку -
Болезнь — вот  на кого точить бы зуб -

Что развилась в отцовском теле,
Такой бы суммой победил.
Выздоровление — в прицеле
Души стремленья сына сил.

И вот, гуляя как-то в парке,
Нашел зеленую деньгу.
Такую видел сын на марке,
Которую купил в Баку.

Очистил он ее от грязи,
От пыли, прочей ерунды.
В тот день шел православный праздник -
И чем закончились труды?

Возник лик Красса под рукою -
У антикваров, знать, цена
Была той денежки большою,
Все оплатить собой должна.

Не стал сыночек долго думать,
Откуда в парке та взялась.
Боялся он наделать шума,
Рождает что лишь только страсть.

Сын показал отцу монету,
Почуял тот другой там лик.
Доступно это лишь поэту
В прилива вдохновенья миг.

И попросил перо художник.
Нарисовал Христа без глаз.
«Лик Красса, чую, здесь подложный.
Мой разум словно бы компАс:

Укажет истину, где север.
Туда идти и нужно нам.
Там не снега, там чистый клевер -
Босым приятен он ступням.

Глаза же позже нарисую -
Пускай пока не видят зло,
Что славу сделало худую
Монете сей как грех-весло.

Монета эта дорогая.
Продать, однако, все ж нельзя.
Она свой путь ведет из рая.
В ней жизни нашей полоса...»

Прошло немного с этой речи.
Вдруг тот недуг прошел за день!
И в благодарность - в храме свечи
От сына словно божья сень.

Теперь у папы — свет во взоре
И безнадежности там нет.
Свет растопил печаль и горе,
Христу глаза вписал в портрет.

Спасла монета жизнь больного:
Он видел все ее нутро -
Сказать бы здесь высоким слогом -
Ядро, где правило Добро,

Что проявило на монете
Сокрытый Крассом веры знак -
Христа, а тот в пречистом свете
Изгнал болезнь как злой сорняк.

Заклятье рухнуло, конечно.
И в мир пришла любовь-весна -
Причем, наверное, навечно -
Глубинным зрением красна.