Шекспир, сонет-112

112
     Your love and pity doth th'impression fill
     Which vulgar scandal stamped upon my brow,
     For what care I who calls me well or ill,
     So you o'er-green my bad, my good allow?
     You are my all the world, and I must strive
     To know my shames and praises from your tongue;
     None else to me, nor I to none alive,
     That my steeled sense or changes right or wrong.
     In so profound abysm I throw all care
     Of others' voices, that my adder's sense
     To critic and to flatterer stoppd are.
     Mark how with my neglect I do dispense:
     You are so strongly in my purpose bred
     That all the world besides methinks th'are dead.


     Твоя любовь и жалость сглаживают клеймо,
     которое вульгарный скандал отпечатал на моем лбу,
     ибо что мне за дело, кто говорит обо мне хорошо или дурно,
     если ты маскируешь дурное во мне и одобряешь] хорошее?

     Ты для меня - весь мир, и я должен стараться
     узнать свои постыдные и похвальные стороны с твоих слов.
     Никто другой для меня, как и я ни для кого на свете,
     не  может изменить мое укоренившееся  восприятие хорошего или дурного.

     В такую глубокую бездну я бросаю всякую заботу
     о других мнениях [голосах], что мой слух гадюки
     для критика и льстеца затворен.
     Смотри, как я оправдываю свое пренебрежение:

     ты так сильно запечатлен в моих мыслях [намереньях],
     что весь остальной мир, кажется мне, мертв.

++

Твоя любовь смывает мой позор,
Что был клеймом скандальным отпечатан.
Что мне толпы вердикт, несущей вздор,
Когда тобою обвиненье снято.

Весь мир собою заменяешь ты,
И лишь твоё я уважаю мненье,
А доводы других – всегда пусты,
Не разорвут моих понятий звенья.

И я бросаю в бездну суету
И беспокойство о бесстыдных сплетнях,
Гнездо их обхожу я за версту,
Служа тебе на славу беззаветно.

Во мне ты жив, и значит, я здоров,
А мир вокруг мне кажется, что мёртв.

++