Ипостаси на Парнасе

Хорошо быть графоманом!
Прыщ вскочил – уже сюжет.
Нет амбиций, нет изданий,
не томят строфы изъяны,
мимо критики–пираньи —
пусть завидует поэт!
***
Писать стараясь непонятно
(в виске пульсировала жилка),
жевал поэт листочек мятный;
так повторялось многократно,
не раз проверил это даже,
ждал с упоением,
ну, когда же  читатель изумлённый скажет:
«Чтобы понять, нужна бутылка»?
***
Что за странная порода —
конь-Пегас, а крыльев нет?
Тащит воз привычно потный, не летает, но дородный —
обкарнал его за годы
тематический поэт.
***
Поэт негодовал,
в бутылку лез и в бочку,
сердился не на шутку и кошмарно:
воруют у других, а у него — ни строчки,
ни кошелька —
настолько он  бездарный.
***
Поэт-проект сегодня в тренде.
Он просто имя — аватар.
Там штат литературных «негров»: слагают «presto» и «allegro»,
и авторство лишь по легенде,
и вместе делят  гонорар,
пока иной тщеславный сдуру,
урезав у семьи бюджет,
издаст,
чтоб сдать в макулатуру бумажный авторский буклет.
***
А жизнь идёт почти как в сказке, где вместе хвост и пасть змеи.
Уж эскимосы на Аляске,
на нартах погоняя хаски,
продвинутые под завязку,
слагают с помощью ИИ.
***
Сто с лишним принцев на примете,
а значит, рядом никого.
Сидишь: то в тыкве, то в карете,
лишь мальчик-паж в смешном берете, вскользь упомянутый в сюжете; он — ручки, ножки, огуречик, три точки с рожицей кривой — качает тихо головой – всё в такт фантазии и ритму, стихи читая как молитву и ночью кажется совой, от утомления совея, всё шепчет: «Дорогая фея, я настоящий, я живой».
***
Так, может, классики и жили,
как нынче рядовой поэт.
Табличка «Посторонним Вилли»
(был Пятачка почтенный дед),
и рядом с поросёнком - внуком, стихи слагая наобум,
звучит повсюду Винни-Пухом – пурум-пум-пум, пурум-пум-пум.