4-10

Всякий раз, когда болтливые деревья в ранах пугали удручённостью намордников, поодаль двигалась какая-то масса огней. Крупные и совмещающиеся друг с другом тени располагались на охлаждённом асфальте. Вечер дышал растворённым в воздухе бензином. Сценические действия в глубине парка привлекали внимание марионеток, изощрённых в составлении фраз праздности. Последний шанс удержаться от смеха состоял в том, чтобы не смотреть на злобные фигуры из тетрадных листов. Узнать же по плохой скатерти стола о качестве графинов не представлялось возможным. Именно из-за этого вермишель варилась намного дольше, чем время от времени сверкающие осколки ёлочных шаров пытались создать что-то похожее на отражённую в лужах витрину, и дальний гром тратил свои силы впустую. Это и означало вторжение второстепенного дождя, определяемого при помощи чулочной фабрики и винограда. Дрожащими руками разгребал я обугленные поленья, и все сведения, собранные о моём рождении, казались мне сладковатыми размышлениями мягкотелых порталов, установленных между двух пустынь. Отсюда и моё желание заступиться за поляризованный свет, и бренное количество трухи у меня под ногами - это, в любом случае, не свидетельство пропуска в сообщество стоящих над могилами. Остаётся одна норма: смотреть на розовеющий костёр в усреднённой от пространств ночи. Решиться же на встречу с призраками под топлёным, благожелательным небом я бы не советовал никому из уличённых в продаже магнитных букв, созданных для обучающихся азбуке детей. Поскольку я в ответе за покрывало, предлагаю не мучить меня словами о бессмертии. Очередное проникновение лучей в задрапированный дом станет залогом лучшей и внятной жизни.