1-6 подвал

Ты обут в разодранные валенки,
он обут в чужие баклажаны.
Вас пугает свет, родной и аленький,
и кусты из выброшенной ванны.

Вы открыли дверь ночной отмычкою,
в закутке сыром слегка замялись.
Может быть, сверкнув огромной спичкою,
вам навстречу выступит Новалис.

Вот и путь между немыми тросами
будет вами всё-таки освоен.
Ты совсем измучен папиросами,
он одет, как очумелый воин.

Вы идёте по тропинке узенькой.
Блещет пол, разбитый на программы.
Где-то раздаётся школьной музыкой
то, что в этот миг колеблет рамы.

Скоро выйдет том о новой готике,
а в углах пылятся транспаранты.
Вам бы тут не помешали ботики
и учебник двойственной Веданты.

В коридор меж равными проёмами
и дождями, равными по силе,
вас ввели с усильями знакомыми
люди из постыдной эскадрильи.

Наконец вы очутились в комнате
для теней над сохлой штукатуркой.
Напевая, вы невольно вспомните
вечер с его признанной мазуркой.

Так шумят различные пробоины,
а когда на стулья вы садитесь,
слышно, как по-старому настроены
моряки и полотняный витязь.

Это звуки мчат из телевизора,
долетают из открытых окон.
Не хватает младшего провизора,
но имеет место слово «кокон».

Основное пастбище распорото.
Как герой в усвоенном рассказе,
дом стоит в служебной части города,
дом, поймавший между снами связи.

Вот и облака теряют скорости,
на столе лежит всесильный веер,
и чуть слышен в тишине, как в хворосте,
на весу работающий плеер.

1985, 1988