Трудно быть Стругацкими

Как читатель скажу: стихотворение начинается бодро — с вопроса, который звучит как щелчок кнута по “власти”: мол, сколько лет мы её дразнили, показывая эзопов язык? Интонация — уверенная, почти трибунная, с красивой позой «мы знаем, мы видели, мы прятали истину между строк». И вот ты уже ждёшь, что дальше автор либо докажет, зачем это было нужно, либо перевернёт тему так, что финал ударит новым смыслом.

Но тут происходит литературная магия в стиле “телепорт без координат”: середина уходит в эсхатологический обзор человечества — средневековье в умах, ожидание возрождения, пустое небо, “во тьме не обрести Бога”, билет в новый мир в кармане, а мечта забыта… Звучит местами сильно, местами афористично, местами как набор лозунгов, которые просятся на плакат в фойе после лекции “Почему всё опять так”.

А потом финал… возвращается в стартовую точку и повторяет первый вопрос. И тут главный эффект: не кольцо, а бумеранг, который вернулся, потому что ему просто некуда было лететь. Мостика между “дразнили власть” и “билет в новый мир” не построено: читателю не показали, как именно эзопов язык связан с тупиком эксперимента, с утраченной мечтой и с тем, что Бога “во тьме не обрести”.

В итоге композиция выглядит так:
Куплет 1 — “мы и власть” (конфликт, позиция, нерв)
Куплеты 2–6 — “они и космос” (человечество, история, метафизика)
Куплет 7 — снова “мы и власть” (как будто ничего в дороге не случилось)

То есть стих хотел быть “замкнутым кругом”, но вышло “замкнутое возвращение”: пришли туда же, откуда вышли, не потому что это художественный приём, а потому что маршрут не проложен.

При этом текст не без достоинств: строки про “будущее умирает в прошлом” и “прошлое редко воскресает в памяти” звучат как аккуратная философская шпилька. Просто хочется, чтобы автор не только высказывал, но и соединял: чтобы между первым и последним куплетом был не обрыв, а переход — хотя бы одна-две сцепляющие мысли, которые объяснят, что же именно изменилось в “мы” после всей этой прогулки по истории и ночному небу.

А пока получается, что “трудно быть Стругацкими” — потому что у Стругацких даже когда мир в тупике, читатель всё равно понимает, как он туда попал. Здесь же тупик обозначен, а дорога до него — пунктиром. Иронично, что стих про “истину между строк” сам спрятал главный смысл… где-то между первым и последним куплетом.

Жалнин Александр   15.01.2026 17:22   •   Заявить о нарушении