Кострома

Где-то чаяний розовых светом
ворожеют в небесных полях
снегири с леденцовым заветом
на берёзовых гибких ветвях.
 
Этот край не далёк и не близок,
он парит золотой Костромой
со старинных оконных карнизов,
из печей, обрамлённых золой.

В междуречии Вечности, летом,
он поёт в тополиных ветрах
и рябиновым рдяным букетом
полыхает в осенних садах.

Он зимой дышит белым сияньем
на дворах в паруса простыней
и колышется тихим камланьем
у заснеженных крыш и плетней.

В полынье колокольным трезвоном
он вещает о щучьей судьбе.
И бежит родниками по склонам
среди палой листвы и корней.

Он на стёклах в домах и каретах
пишет кистью лиловый рассвет.
И летит невесомым балетом
ночью в бисере звёзд и планет.

Вязнут спицы его расписные
на страницах весенних дорог.
Его птиц тёмно-синие крылья
окунаются в лунный поток.

Этот край не далёк и не близок.
Он рассеян по многим мирам.
И назначен вселенским капризом
мимолётным предутренним снам.