Из Роберта Геррика. H-186. Его умирающему...

H-186. Его умирающему брату Уильяму Геррику

Мой брат, свет жизни, не спеши уйти,
Дозволь сказать последнее «прости».
Смерть дует в паруса твои теперь,
И ночь тебе свою открыла дверь.
Но всё ж не будь жесток, не уходи,
Дай порыдать мне на твоей груди.
Есть боль прощанья, адовой сродни:
Родным сердцам ужасны эти дни.
Представить можно ль горечь расставаний
Без взглядов грустных, скорбных слёз, рыданий?
Кто любит всей душою - тяжко им
Навек расстаться с теми, кто любим.
О, наши клятвы! Коль придёт беда,
Ты сердце забери моё тогда -
Его отдам я в любящие руки:
Зачем мне жизнь, дыханье, эти муки?
Но нет, останусь; сколько хватит сил,
У этой урны, где твой прах почил,
На страже буду; огражу от бед
Святое семя – сей земной твой след.


186. To His Dying Brother, Master William Herrick

Life of my life, ‘take not so soon thy flight,
But stay the time till we have bade good-night.
Thou hast both wind and tide with thee; thy way
As soon dispatch’d is by the night as day.
Let us not then so rudely henceforth go
Till we have wept, kissed, sigh’d, shook hands, or so.
There’s pain in parting, and a kind of hell,
When once true lovers take their last farewell.
What! shall we two our endless leaves take here
Without a sad look or a solemn tear?
He knows not love that hath not this truth proved,
Love is most loth to leave the thing beloved.
Pay we our vows and go; yet when we part,
Then, even then, I will bequeath my heart
Into thy loving hands; for I’ll keep none
To warm my breast when thou, my pulse, art gone.
No, here I’ll last, and walk (a harmless shade)
About this urn wherein thy dust is laid,
To guard it so as nothing here shall be
Heavy to hurt those sacred seeds of thee.