лето

день в зените
каменья нагреты
в отдаленьи с ленцою волна
лижет нижнюю часть генриетты
но душа моя думой полна:

сколько их
преисполненных страсти
пусть и благопристойных на вид
кто без всякого вводного здрасте
непотребное с ближним творит

а тем ближним с какими всё это
позволениев их не спросясь -
не до моцарта им
не до фета
в них с прекрасным надорвана связь

к ним из росказней бабки агафьи
понагрянули в горенки душ
обитавшие прежде в зашкафьи
фредди хрюкер
гаврош и гаврюш

ни секундой не моцарты/феты
но фон мазох
и каин
и хам -
как в иголочку нитью продеты -
все вполне ожидаемо нам

побредут как угрюмые пумы
оглашать малярийный туман
для чего же мы так
почему мы
и доколе -
ответьте колян

путь коляна к ответу недолог
с папиросным дымком впополам
у него ведь папаня зоолог
и маманя доцент чёто там

с тем колян опускаясь на камень
отдающий тепло прямо в низ
признаёт: мы полны ДНК-ми
со времён обезьянних реприз

отрезвляет научная клизма
с нас срывая и маски и плед
под лиловым лучом дарвинизма
ничегошеньки тайного нет

приглядись к обезъянычам в клетке
и послышится внутренний глас:
эти наши прадавние предки
постыдились скатиться до нас

эта истина нам не желанна
столь порочен наш жалкий мирок..

генриетта косит на коляна -
ждёт его обезъяний наскок