Несостоявшийся рыцарь печального образа

«Ответь Александровск, и Харьков ответь,
Давно ль по-испански Вы начали петь?»

                Михаил Светлов

Европа. Юго-Западная часть её. Испания.
Страна величия, страна страдания,
Страна, достигшая расцвета и упадка, 
Познавшая как горек мёд, как репа сладка.

Халифом ты была почти убита,
Тебя пытал фанатик – инквизитор.
Блудницей кающейся ты была и пламенем костра,
Зажженным дьяволом для восхваления Христа.

Дитё Фортуны и дитё Порока,
Громила ты войска арабского пророка.
Завистницей была, соперницам не рада,
Твой меч - Непобедимая  Армада.

Когда мир в прежних рамках для тебя стал мал,
Был на Америку направлен смерти шквал.
Конквистадорами ацтеков убивала,
Чтоб золото добыть. Тебе всё было мало!.

Ты шла везде с мечем,  крестом, огнём.
Ханжой  была ты ночью, алчной бабой – днём.
Чумою страшной для Европы ты была,
Убийцей разума, лицом тупого зла,

Была Ты костылём католицизма,
Вершиной злодеяний фанатизма.
Жила ты в праздности и насыщалась  негой,
Изображенной  Лопесом  де Вегой.

В садизме мозг твой изощрялся так, как мог, -
Для пыток ты придумала сапог.
Ты в фанатическом припадке билась,
И первой быть всегда везде стремилась.
 
Богатств и яств со всей земли вкусив,
Ты постепенно всё ж лишалась сил.
Ты дряхлой стала и поизносилась,
И мощь твоя былая испарилась.
 
И потускнел твой блеск, и лоск покрылся пылью,
В преданьях  лишь осталось то, что было былью.   
Колумб, Сервантес, Гойя и Дали
Тебя за руку сквозь века вели.

Но знала ты и траур похорон
Тогда, когда за горло взял Наполеон,
Когда «безоблачное небо» над тобой
И под пятой фашизма ты – изгой. 

Твой красный плащ или на красный свет
Бросаешься? Ну, дай же мне ответ!
Твоя коррида – жизнь, игра с судьбой.
Тореадор – ты? Бык?  Решенье за тобой!

Как прежде,  в средние века, для Дон Кихота
Найдётся важная задача и работа.
Ведь место есть, чтоб подвиг совершить,
И жизнь в сиянье славы завершить.

И я, удобно развалившись на диване,
В какой-то полудрёме иль нирване,
Мечтаю стать Героем, удивить весь свет
Из чувства альтруизма, не за горсть монет.

Ну, где ты, барышня, чьё имя Дульсинея,
От глаз которой я мгновенно обалдею?
Где мой оруженосец, где мой конь,
С которыми пройду я сквозь огонь?

Я подождал. Устал мечтать. Зевнул,
Ещё мгновение. Глубокий вдох. Уснул.
Жизнь – жернова, судьба – как прежде мельница.
Всё превратится в пыль, всё перемелется.

2002 г. от Р.Х.