Не дрогнет небо, не рухнет Троя!

Кассандре вещей пришли видения
Про битв жестокость, про смерть героев,
Стегала плетью явь наваждения,
Как дрогнет небо... и рухнет Троя...
       *   *   *
Мы расставались с излётом лета,
на суматошном плато перрона,
без слов вникая в трагизм момента,
застывшим чувством в преддверьи стона.

А начиналось, как у Гомера,
в курортной свежести кипарисов,
внезапной страстью, не знавшей меры,
тобой - Еленой, и мной - Парисом.

Дарил нам август ночей безумье,
признаний пылкость, фраз многоцветье,
искрящей щедростью полнолунья,
презрев опасности лихолетья.

Ты говорила, что злая стужа
милее сердцу, чем возвращенье,
что умираешь с постылым мужем,
сродни жизнь смерти без воскрешенья.

Я прерывал, не в силах слушать
и видеть слёзы..., дарил забвенье,
но уверял, - готов похитить
и спрятать где-то, в глухом селеньи.

А ты пугалась и объясняла,
муж - генералом в крутой "конторе",
чтобы укрыться  Земли нам мало,
и дерзким шагом накличем горе.
Что твоё бегство он не простит,
отыщет всюду и отомстит...

А я смеялся: - "Что нам Гекуба?,
не покорится наш гордый зАмок,
испьём по каплям заветный кубок,
с благодарением за подарок...."
      *     *     *
... Мы расставались с изломом лета...,
ты растворилась в глуби вагона,
оставив песни текст не допетым,
щемящей болью в тисках агонии...
         
Я шёл бульваром, штормило море,
игрался ветер с девичьим станом,
она взглянула Изольдой в взоре...,
увы, я не был её Тристаном...

Горело мыслью заклятье мантры:
- "Всё вековая пыль покроет...,
и не свершатся слова Кассандры -
Не дрогнет небо! Не рухнет Троя!..."