А Вы разве не замечали, что при демократии как-то не принято говорить о любви? Вместо этого говорят о сексе или о благотворительности (в демократическом смысле).
Недавно прочитал замечательную вещь: трилогию Григория Ходжера "Амур широкий". Там изображается переломный момент в традиционном обществе нанайцев, так вот, там тоже говорили о любви только отдельные, уникальные люди, а основная масса подчинялась традициям и обычаям.
Я не читал эту трилогию, но не думаю, что о нанайцах можно говорить, как о массе. Их слишком мало и они, по крайней мере тогда, сохраняли своеобразие, что про массу никак не скажешь. Вспомните нанайца Дерсу Узала. Ведь это учитель жизни, во многих отношениях превосходящий дона Хуана Матуса у Кастанеды.
Безусловно, традиционное общество выглядит гораздо симпатичнее, чем современное демократическое, но и в нём достаточно противоречий между человеческой личностью и стремлением общества её обезличить.
По поводу Дерсу полностью согласен, но ведь Дон Хуан у Кастанеды и не претендует на такую цельность натуры, как у Дерсу, он всего лишь человек, имеющий опыт, но не мудрость, как я его понял.
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.