Помнится, уже Мережковский обратил внимание на то, что герои "Войны и мира" говорят языком Льва Толстого, а не языком Карамзина, как им следовало бы говорить, и это не потому, что Толстой осовременивает историю; современность для него такое же зло, как вообще история; а благо только то, что было, есть и будет: толстовское дао.
Но сам-то Мережковский эпоху Александра I изображает языком слёз и сморканий в платок, считая, что именно таким был язык той эпохи. Борис Садовской написал по этому поводу довольно язвительную рецензию.
Но в отрицании истории и цивилизации у Толстого были предшественники, только у большинства из них было пространство ухода от них, пусть даже и со знаком "минус", как у маркиза де Сада, а у Толстого был бесконечный поиск этого пространства, так и не завершившийся логически. В этом и есть толстовское дао.
Да, так же и в этом. Но ведь главный отрицатель истории - Шопенгауэр. А Декарт, помнится, считал историю школой безнравственности, и нельзя сказать, что был неправ. А с другой стороны, без изучения истории нельзя представить себе интеллектуальную жизнь нового времени. По-моему, роман Мережковского об Александре 1 хороший роман. Когда я читал его в школьные годы, он произвёл на меня неизгладимое впечатление. Недооценивают влияние Мережковского на Умберто Эко.
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.