Отцу

   Любя сильней живой натуры
   Величье петроградских стен,
   Он вёл предмет архитектуры-
   Старик в протезах до колен.

   Когда-то молодость ютилась
   На пятачке,где сущий ад,
   И на щеке его светилась
   Слеза за город Ленинград.

   Людей и фонд архитектуры:
   Жизнь и паласты на кровИ-
   Он защищал от бомбы-дуры,
   Благообразный,как раввин.

   Колонны зданий пострадали,
   Но, став заботой доходяг,
   Готовы в вековые дали
   Нести на арках алый стяг.

   Гроза на запад потянулась
   Громить чертоги Сатаны;
   Сиротски в грудь ему уткнулась
   Медаль сотрудника войны.

   Без орденов и не героем
   Пришёл домой,где всё болит,
   И  лишь в семье не стал изгоем
   Интеллигентный инвалид.

   Пестрея рябью в невской сини,
   В какой русалки не живут,
   Растрелли,путая с Россини,-
   Твердыни музыки плывут.

   Без ног под захолустной крышей,
   Лишён родных Пяти углов,
   Он доживал и видел-слышал
   Боль изб и тусклых куполов.

   Великий Боже,сделай милость:
   Мы так же  уходить должны,
   Чтоб на груди от слёз дымилось-
   Горючих слёз - лицо жены.

   Чтоб померещилось  надежде
   В сердечном гаснущем толчке:
   -Отпустит.. Было так и прежде..
   Ещё на "невском пятачке"..

   Возведена сыновним долгом
   Оградка с траурной резьбой.
   Надгробье кажется осколком,
   Что остановлен был тобой.

   Я ухожу стеклянно трезвый,
   Окутан осенью до пят,
   И слышу: клёны,как протезы,
   Вдогонку ласково скрипят.