А. де Виньи. Элоа, или Сестра ангелов. Рождение

Мистерия.
1823
Песнь первая. Рождение (фрагмент)*

Родился Ангел на земле в лихое время,
Когда с изгнАнными, неся святое бремя,
Иисус Вифанию смиренно покидал,
Детей своей земли Посредник выручал;
Он, в мысли погружен, шел шагом медленным,
На просьбы страждущих откликнулся немедленно,
Молитвы прочитал, утешил бедняков;
Там, полем окружен, представил средь песков
Самаритянина и мудрым словом полнил
Рассказ о пастухе, овце заблудшей, вспомнил
Гроб белый, словно та гортань лжеца;
Он слушал ханаанки признанье до конца
И девушке одной дорогу указал;
Слепого исцелил, рукой прикрыв глаза,
Прозрев, не понял тот прозрения науку;
На головы детей вознес Спаситель руку,
Глухого, прокаженного коснулся,
Глухой стал слышать, прокаженный улыбнулся,
И, благодарные, они слезу пустили,
Покинув пустынь ту, где изгнанными жили.
Так начал Иисус святое восхожденье;
Сын Человеческий, страдавший от рожденья,
Прошел соблазны все,оставив край родной;
Исполнился обет под падшею звездой.

Фрагмент 2

Сестра божественных созданий родилась,
Нет большей радости Блаженным в этот час.
И Херувимы дивные, раскрыв крыла свои,
И Серафимы нежные и божества любви,
И Троны, Принцы, Короли и Добродетели,
Величия Хранители и Роскоши Радетели,
Мечты высокие, божественные Ангелы,
Святейших почести, великие Архангелы -
Все те, что прячутся от смертных глаз,
Под золотыми крыльями скрываются от нас,
К ее стопам изнеженным приникли лбом,
За рУки взявшись, сестры Девы шли гуртом,
Собрались, как вокруг Луны вечерние огни,
На чудо дивное взглянуть пришли они.
Покорны арфы целомудренным рукам
И неземной красы цветы, невидимые нам,
Густым дождем посыпались к ее стопам.
Отрадно вторить несравненным голосам:
"Счастливый мир возлег к ее ногам.
Когда она пройдет среди несчастных, их
Утешит Дух, распространясь на них.
Какая из планет и в век какой родится
Среди других небес, чтоб Деве подчиниться?»

Однажды…(не решусь ни день, ни час назвать
События того, как и движенья вспять.
Язык людей лишь бедности бросает вызов,
Но вечности закрыт, не потому что низок,-
Не может донести короткие мгновенья.
Из глубины веков - название творенью)
Тревожно небожителей напутственная речь
Во след звучала ей:"Должны предостеречь,
О Элоа! хотим предупредить мы Вас
Об Ангела падении, он лучшим был из нас,
Но добродетели святой уже с ним нет,
Из-за которой имя получил Несущий свет,
Когда любовь и жизнь он сеял много лет
И звездам нес указы Бога и в ответ
Земля дивилась несравненной красоте,
Присвоив имя Люцифера утренней звезде,
Во лбу алмаз сиял и диадема рдела,
Как солнце, в кудрях светлых золотом блестела.
Теперь без диадемы он и нелюдим,
Дрожит от холода и всеми нелюбим.
Он разучился говорить на языке небесном,
А взгляд его лучистый мрак накрыл завесой.
В словах - дыханье Смерти, тех, кто отзовется,
Сжигает взглядом, губит все, чего коснется;
Не чувствует ни боли он, ни сострадания,
Но злу не рад творимому, не рад страданию.
Небо содрогнется, его пытаясь вспомнить,
Не смеют Ангелы его историю напомнить,
Святые не осмелятся произнести то имя».
И Элоа, так думали, его отринет.
Но нет, лицо спокойное, ни тени страха,
И было то предвестием тревожным краха.
Не дрожь была ее движеньем первым -
Порыв навстречу был к утратившему веру.
Тревога тронула похолодевший взгляд,
И скорбь проникла в сердце словно яд;
Она мечту познала, лоб ее невинный,
Волнением подернут, хмурился наивно;
И одинокая слеза блеснула на реснице,
Затрепетала как израненная птица.

Перевод с французского
лето-осень 2013 г.

*Полностью перевод (три песни) опубликован в сборнике: Художественный перевод и сравнительное литературоведение.  Вып. 4 /отв. ред. Д.Н. Жаткин. М.: Флинта, Наука, 2015. С. 562–586.