Настрелялся в виски,
друг мой ситцевый,
Джон из Огайо?
Залужен,
заеложен,
затырен последний патрон.
От цинговой тоски
ишемически изнемогая,
всем нутром извергаю
твой новенький
глянцевый клон.
И солдатно,
и стремно.
И выплакать не в кого песню
(магазины слезой
раболепно полны по края)
за прогнившие бревна,
что ничейную Красную Пресню,
под полуночный вой
отделяют от сна-бугая.
Эй, ты пьяная скво
полуголого женского рода,
поднести мне глоток
ядовитой слюны не забудь!
Если Солнце мертво, - заяви
трупность тени, Свобода,
Поцепив на флагшток -
черным роджером в серую муть.
Я - тобою горяч,
я изжален твоими руками.
Мне повек не уснуть.
Оттого, что варнак и шатун.
Истерический плач
с дерзким смехом
куплю в полигаме
на затертый медяк,
не разменный на олово лун.
На медяк
© Copyright: Палад, 2010
Свидетельство о публикации №110072801249
Свидетельство о публикации №110072801249
Рецензии
