Иерусалимский цикл

Сына ждала домой и выпекала хлебы,
Ровно горел очаг, солнцем искрилась даль...
Что-то толкнуло в грудь, будто разверзлось небо,
В сердце вошла тоска, острая, словно сталь.

Бросила всё из рук, выбежала на площадь,
Где раздавался свист жалящих плоть бичей...
И по стене сползла выщербленной на ощупь,
И проглотила соль, текшую из очей.

Чем оскорбил он вас, радующихся скопом,
Тех, кто кричал "распни" гулко, до хрипоты?
Пахло от палачей тяжким звериным потом,
Плотники-мастера плотничали кресты.

Тихо брела в толпе, тенью другим казалась,
К сыну прильнув душой, не осязала явь.
А над Голгофой темь мраком ночным сгущалась...
Мы до сих пор тот мрак одолеваем вплавь.

Матушка, будь щедра к детям убийц народа,
Дай им напиться вновь крови сыновних ран!
Властвует на земле Каинова порода,
Только никто из них на небеса не зван.

***

...И стали делить Его синий хитон и рубаху,
Кидая вверх кости. Какая завидная ткань...
Сандалии стёрты, дорожным подёрнуты прахом,
Нужна ли кому эта старая пыльная рвань.

И нервно смеялись, Его обсуждая страданья,
Тщедушен, а вот же, допёр Он свой крест до холма.
Спросить бы Его, опоздал ли с "Отцом" на свиданье,
Иль может быть, смерть Его просто лишила ума...

И так развлекались, пока не сморило от влаги,
Оставшейся после нежданно обрушенной мглы,
Ушли и забыли, - для казни не нужно отваги, -
Они лишь исполнили, стало быть, вовсе не злы.

Лишь ночью, во сне, извертевшись на каменном ложе,
Оставшись с невиданным знаньем один на один,
Шептал незнакомые смыслы: "Помилуй мя, Боже!"
"Прости меня, Боже!" прощённый Им, сотник Лонгин.

***

Знаю, моё дитя, мне ли по силам раны,
Но я могла б делить страхи твои и боль.
Мы бы ушли с тобой вдаль, помолившись рано,
Чтоб не досталась нам скорбная эта роль.

Сердце моё в огне, - алый кусочек плоти,
Душу мою возьми, пусть полетит с тобой...
Плач мой застыл в груди на неокрепшей ноте,
Крик мой свернулся в ком, крест стал моей судьбой.

Стражи твои не спят, но подождём до ночи.
И, наконец, прижму вновь я тебя к себе.
Ты для меня живой, мой дорогой сыночек,
Слёз моих хватит смыть след от твоих скорбей.

Ну же, открой глаза, я в твою смерть не верю,
Я тебя так люблю, что не достанет слов.
Я отдала бы жизнь, чтоб возместить потерю,
Чтоб не покинул ты мой одинокий кров.

Что ж ты молчишь, сынок, холоден и недвижен?
Страшно до самых пят, лёд заступил огонь...
Ты погубил себя ради дворцов и хижин,
Ради всех тех, кто гнал Бога из сердца вон.

***

И ввергли в гробницу омытое тело,
И камнем огромным заделали вход...
Лишь ветер пустынный свистел оголтело,
Да мошек настырных плясал хоровод.

Ушли неохотно, молясь и стеная,
Забыв повседневность и горе познав.
Казалось, разлито от края до края
Оно, на долины окрестные пав.

И тускло светило небесное око,
Слезливо мерцала хрустальная даль,
И не было времени, не было срока,
Чтоб матери плачущей сгладить печаль.

Прекрасная в счастье, поблекла от скорби, -
Состарили белые пряди волос.
И две её спутницы плакали обе,
Не пряча от мира безудержных слёз.

И чистые слёзы трёх женщин катились
В оплавленный жаром небесным песок...
И грешного мира деянья продлились,
Хоть только что умер за грешников Бог.

***

Он вошёл и сказал:"Хватит плакать, я жив, поглядите!"
Но Фома усомнился и в раны стал тыкать персты.
Мало было ему воскрешений и прочих событий,
Отличимых от прозы людской и мирской суеты.

Коротка временная константа судьбы человечьей,
Удержать в голове невозможно подвижную речь.
И в течение жизни своей, до прискорбья овечьей,
Не умеем мы праведность духа в сознанье сберечь.

Не насытится плоть, не закончатся алчность и зависть,
Не престанет боязнь уронить свой презренный "престиж"...
Только в райском саду наливается соками завязь
Для вина, пред которым навряд без Христа устоишь.

Это будет вино настоящего Божьего гнева,
Поднесённого тем, кто нарушил заветы Отца.
И не станет плевел среди нивы людского посева,
И не будет вовеки, Иисуса хулящего, рца.

***

А пока суд да дело, конь Бледный терзает копыта,
Мертвецы зарывают повсюду своих мертвецов,
И ползёт в алтари племя проклятое каинитов,
И дымится от крови их жертв свежевырытый ров.

Предают патриархи Того, Кому служат во храмах,
Но Ему ли они возносили допреже хвалы?
Пышен чертополох, сад украсив надменного Хама,
И прекрасна печать еретической папской буллы.

2016 г.


Рецензии
Это как же прекрасно, талантливо и мудро ( обнажённой душой) написано! И как же грустно и обыденно, что и мы, живущие в двух шагах от скорбных мест, живём привычным каждодневным бытом! Уважаемая, Наталья! Я помню Вашу милую пикировку с Морозовым на мой стишок "Поля подсолнухов "Ван Гога" и "тянущуюся на исповедь корову к хозяйке, пережёвывая тень". Что-то мало стало светлого в мире! И как славно, что Вам пишется на житейскую, столь близкую мне, владельцу шнауцера, "собачью" тему! Здоровья Вам, коллега по авиастроению!

Валери Ошер   05.06.2024 17:59     Заявить о нарушении
Здравствуйте, Валери, вот, ей-богу, не помню никаких пикировок. Иной раз открываю какой-нибудь свой стишок и с трудом его узнаю, куда уж мне вспомнить чужое. :)
В мире стало мало света по причине озлобленности людей, населяющих нашу землю. Казалось бы, всё есть, никто не пухнет от голода, однако человек такое создание, которому кажется, что у соседей всего больше, а потому их надо уничтожить. Стараюсь гнать от себя дурные мысли, ведь рядом любимый человек и любимые животные, но не всегда получается. Увы. Спасибо Вам за отзыв, спаси Вас Господь!

Архив Тимофеевой   05.06.2024 19:25   Заявить о нарушении
Запомнилась Ваша доброжелательная терпимость к собеседнику, похвала Анны Андреевной Ваших стихов, защита у патриарха отечественного авиастроения, "одышливо ворочающаяся полночь", "ветер, со всех ног толкающий тучу", и что всё это мне ещё так интересно! Не сочтите за назойливость. Прощайте! Если позволительно, поклон Вашему духовнику из Иерусалима (говаривали, что кто-то из родни поломничал в Святую землю).

Валери Ошер   06.06.2024 07:20   Заявить о нарушении
Конечно "поклон из Иерусалима" , а паломничество в давние времена -шли из Кубани чарез Турцию!

Валери Ошер   06.06.2024 09:16   Заявить о нарушении
Доброго времени суток Вам! Паломничала я сама в 2016 году на Рождество Христово. Иерусалим ни с чем сравнить невозможно, столько путей и дорог там пересеклось. Аромат этого города я помню до сих пор, его невозможно забыть.
Муж привёз меня в Софию, был жуткий снегопад, самолёт отмывали ото льда несколько часов, вернее, он стоял в очереди на помывку, так как никому не давали взлёт. Меня терпеливо ждали в Бен Гурионе знакомые, у которых я остановилась. Было очень много впечатлений, так как меня возили по Израилю целую неделю. Побывала я и в Назарете, увидела "дом" родителей Богородицы, обнесённый огромным католическим монастырём. Поразила скромность жилища, буквально пещерки. А "святость" наших церковных владык измеряется блеском золота...Да, мир ушёл далеко от нестяжания и совести.
Крестик, который я ношу, прикоснулся к камню Помазания Господнего. Огорчил ремонт в Кувуклии, но то, что я там почувствовала, описать невозможно. Ранее я бывала в Новом Иерусалиме на Истре, но это, конечно, совсем другое.

Архив Тимофеевой   06.06.2024 11:37   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 4 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.