Игорь Шкляревский Весёлый Гекльберри Финн

Весёлый Гекльберри Финн
звал нА реку знобящим свистом,
но я,учительницы сын,
в отряде был вторым горнистом
и юным сталинцем.Кошмар!
Какой позор!Что я сказал?
Горел костёр.Вносили знамя,
и на щеках играло пламя.
Как Пушкину не удалось
былому одолжить свой гений,-
да,в "Песнях западных славян",
так детству я не одолжу
недавних горестных прозрений.
Бил барабан.Шагал детдом.
Я пел о Сталине родном.
Он был вождём.Я был рабом.
Он запирал в подвалах гром.
Я сочинял стихи о нём.
Я помню траурные стяги.
Рыдали нищие трудяги,
рыдал отец,рыдала мать,
больной,босой,худой отец
стоял в белье,и по щетине
катились слёзы.Он стоять
не мог,и мы его держали.
Все репродукторы дрожали.
Что стОит мне теперь сказать:
- Разбальзамированный тать! -
Мы ничего тогда не знали,
а может быть,боялись знать,
и лет на сто вперёд устали...
А юный Гекльберри Финн
был очень хитрый господин.
Стояла мёртвая жара,
уклейки даже не клевали,
и вдруг на берегу Днепра
он закричал в пустое небо:
- Родному Черчиллю - ура! -
и надкусил буханку хлеба.
- С великим Трумэном - вперёд! -
он хохотал,как идиот.
- Черчилль - наша слава боевая,
Черчилль - нашей юности полёт!
С песнями борясь и побеждая,
Наш народ за Трумэном идёт. -
В траве он корчился от смеха,
тогда на берегу Днепра
я крикнул: - Сталину - ура! -
и сразу кончилась потеха.
И звонко повторило эхо
крик благодарного раба...
Ну вот,и детству я не верю?
И только Гекльберри Финн,
уборщицы советской сын,
отчаянно свистит за дверью.
Устали душу рвать на части.
Когда ж мы будем просто жить?
Уже сейчас!
Но только счастьем
за муки можно отомстить!

Другие статьи в литературном дневнике:

• 25.02.2017. Анна Рыжая Иерусалимское
• 18.02.2017. Игорь Шкляревский Весёлый Гекльберри Финн
• 11.02.2017. Елена Гуро Гордо иду я в пути
• 04.02.2017. Владимир Набоков Сон