Я аккуратно посещала все занятия Платона, но в толпе не выделялась. Такая же, как сотни его студенток. И вот однажды он пошутил, что его племяннику в военном училище задали такие интегралы, какие он и сам решить не может. В общем, кто их решит, тому зачет автоматом.
Как читатель догадывается, я из кожи вон вылезла, но интегралы решила.
С задачами он принимал в кабинете по одному. Я пришла к нему со своими решениями и долго-долго, наслаждаясь тем, что я умная, рассказывала про интегралы.
Да, кто-то в молодости любил быть умной. «Синий чулок».
Но все-таки ума было маловато, потому что, уходя, я сказала примерно следующее:
– Вы не знаете, а я вас люблю!
И вышла, оставив его переваривать эту информацию.
И завертелось…
Мы встречались рано утром в парке Юсуповского дворца. Сидели на скамейке, много разговаривали. Он дразнил меня моим курением. К первой паре расходились: я в свою группу, он на кафедру.
Платон переживал, наверное, свой последний расцвет. Ему скоро должно было исполниться пятьдесят.
Я до сих пор помню его любимые абсурдные выражения: «наверное, точно», «побежали потихоньку».
Мобильных телефонов тогда не было, и мы перезванивались по городскому. Вернее, звонила только я. Он никогда не звонил, оставляя мне возможность в любой момент прекратить отношения.
Но я и не думала прекращать.
Летом его семья уехала на дачу. Квартира была пустой, и все произошло: я впервые была с мужчиной.
Продолжалось это сумасшествие до конца 1995 года. Мама начала что-то подозревать, когда я летом не поехала на дачу.
Но отношения, внезапно начавшись, так же внезапно и закончились. Платон перестал со мной встречаться.
Время мое прошло.
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.
