Мы ходим каждый день с тобой часами
С той стороны земли над головами
Тех кто не хочет жить сегодня с нами
У тех кто не желает с нами жить
А часто и порою говорить.
Я конечно же знал это с первого дня,
Что живёшь ты одна, вдалеке от меня
Мы ходим каждый день с тобой часами
С той стороны земли над головами
У тех кто не желает с нами жить
А часто и порою говорить.
Но это нас нисколько не смущает
Скорее даже больше забавляет
Жить в двух шагах и делать грозный вид
Пугать себя от мелочных обид.
Мы ходим каждый день с тобой часами,
Земля качается у нас над головами
И тех, кто не желает с нами жить
И даже не умеет говорить.
Но это нас нисколько не смущает,
Скорее даже больше забавляет:
Жить в двух шагах — и делать грозный вид,
Пугать себя от мелочных обид.
Но это всё копилось не годами
И войны часто были между нами,
Пыталиаь этим видимо учить.
Да русских этим можно лишь дразнить.
Мы ходим каждый день с тобой часами,
Земля качается у нас над головами
И тех, кто не желает с нами жить
И даже не умеет говорить.
Но это нас нисколько не смущает,
Скорее даже больше забавляет:
Жить в двух шагах — и делать грозный вид,
Пугать себя от мелочных обид.
Но это всё копилось не годами —
Столетьями и многими веками.
Нас пробовали страхом научить,
А нас таким лишь проще рассмешить.
Ты спроси у меня про снега и холодный туман
Что порою висит над домами у нас месяцами
Слишком серым опять будет мир без тебя
Я тебя покидаю
Спасибо, была ты всегда откровенною
Мы с тобой расстаёмся
Без лишних ненужных нам слёз
Я сейчас ухожу, но а ты остаёшся желанною
Пусть теперь для других кто не знает твоих прошлых грёз
Мы все тобой уходим, не беда
Мы все злсловим понемногу
Кляня убогу дорогу
Я сам не знаю чем тебе могу сейчас помочь
Ты посмотри какая за окном сияет ночь
Ты посмотри и улыбнись, а если надо то проснись
Прошу тебя на ночь не злись.
Зоря на улице проснулксь
Всех. Обошла и улыбнулась
Москва на Люблинской проснулась,
По озорному улыбнулась
И небосвод весь обожгла
Напротив нашего окна.
Москва на Люблинской проснулась,
По-озорному улыбнулась
Тем небосвод весь обожгла
Напротив нашего окна.
А в лужах солнце отразилось
И птичьим щебетом разлилось,
Забыв про дождь, что лил вчера,
Мешая спать нам до утра.
Деревья капли отряхнули
И глубоко с утра вздохнули.
Блестит на солнце их листва,
Ловя, все взгляды на себя.
Москва на Люблинской проснулась,
По-озорному улыбнулась,
А небосвод заря зажгла
Напротив нашего окна.
А в лужах солнце отразилось
И птичьим щебетом разлилось,
Забыв про дождь, что лил вчера,
Мешая спать нам до утра.
Деревья капли отряхнули
И глубоко с утра вздохнули.
Блестит на солнце их листва,
Маня все взгляды на себя.
Москва на Люблинской проснулась,
По-озорному улыбнулась
Тем небосвод весь обожгла
Напротив нашего окна.
А в лужах солнце отразилось
И птичьим щебетом разлилось,
Забыв про дождь, что лил вчера,
Мешая спать нам до утра.
Деревья капли отряхнули
И глубоко с утра вздохнули.
Блестит на солнце их листва,
Ловя, все взгляды на себя.
Москва на Люблинской проснулась,
По-озорному улыбнулась,
А небосвод заря зажгла
Напротив нашего окна.
А в лужах солнце отразилось
И птичьим щебетом разлилось,
Забыв про дождь, что лил вчера,
Мешая спать нам до утра.
Деревья капли отряхнули
И глубоко с утра вздохнули.
Блестит на солнце их листва,
Маня все взгляды на себя.
Автобус двести первый вьётся
И к Краснодарской тихо жмётся
Ему шуметь нельзя с утра
Ведь ночь бессонною была.
Как в этот город не влюбиться
Который под окном кружится
В весёлой стайке воробья
И где хватает всем тепла. .
Москва на Люблинской проснулась,
По-озорному улыбнулась,
А небосвод заря зажгла
Напротив нашего окна.
А в лужах солнце отразилось
И птичьим щебетом разлилось,
Забыв про дождь, что лил вчера,
Мешая спать нам до утра.
Деревья капли отряхнули
И глубоко с утра вздохнули.
Блестит на солнце их листва,
Маня все взгляды на себя.
Автобус двести первый вьётся
И к Краснодарской тихо жмётся.
Ему шуметь нельзя с утра —
Ведь ночь бессонною была.
Как в этот город не влюбиться,
Что под окном с утра кружится
Весёлой стайкой воробья,
Где столько света для меня.
Москва на улицах проснулась,
По-озорному улыбнулась,
А небосвод заря зажгла
Напротив нашего окна.
А в лужах солнце отразилось
И птичьим щебетом разлилось,
Забыв про дождь, что лил вчера,
Мешая спать нам до утра.
Деревья капли отряхнули
И глубоко с утра вздохнули.
Блестит на солнце их листва,
Маня все взгляды на себя.
Автобус двести первый вьётся
И к Краснодарской тихо жмётся.
Ему шуметь нельзя с утра —
Ведь ночь бессонною была.
Как в этот город не влюбиться,
Что под окном с утра кружится
Весёлой стайкой воробья,
Где столько света для меня.
Заря на улицах проснулась,
Москве по-свойски улыбнулась,
А небосвод тотчас зажгла
Напротив нашего окна.
А в лужах солнце отразилось
И птичьим щебетом разлилось,
Забыв про дождь, что лил вчера,
Мешая спать нам до утра.
Деревья капли отряхнули
И глубоко с утра вздохнули.
Блестит на солнце их листва,
Маня все взгляды на себя.
Автобус двести первый вьётся
И к Краснодарской тихо жмётся.
Ему шуметь сейчас нельзя —
Ведь ночь бессонною была.
Как в этот город не влюбиться,
Что под окном с утра кружится
Весёлой стайкой воробья,
Где столько света для меня.
Заря на улицах проснулась,
Москве по-свойски улыбнулась,
И небосвод тотчас зажгла
Напротив нашего окна.
А в лужах солнце отразилось
И птичьим щебетом разлилось,
Забыв про дождь, что лил вчера,
Мешая спать нам до утра.
Деревья капли отряхнули
И глубоко с утра вздохнули.
Блестит на солнце их листва,
Маня все взгляды на себя.
Автобус двести первый вьётся
По Краснодарской вдоль крадётся.
Ему шуметь сейчас нельзя —
Ведь ночь бессонною была.
Как в этот город не влюбиться,
Когда он по утрам искрится
И окружает нас любя
Теплом и нежностью маня.
Заря на улицах проснулась,
Москве по-свойски улыбнулась,
А небосвод тотчас зажгла
Напротив нашего окна.
А в лужах солнце отразилось
И птичьим щебетом разлилось,
Забыв про дождь, что лил вчера,
Мешая спать нам до утра.
Деревья капли отряхнули
И глубоко с утра вздохнули.
Блестит на солнце их листва,
Маня все взгляды на себя.
Автобус двести первый вьётся,
По Краснодарской вдоль крадётся.
Ему шуметь сейчас нельзя —
Ведь ночь бессонною была.
Как в этот город не влюбиться,
Когда он по утрам искрится
И окружает нас, любя,
Теплом и нежностью маня.
Заря на улицах проснулась,
Москве неспешно улыбнулась,
А небосвод тотчас зажгла
Напротив нашего окна.
А в лужах солнце отразилось
И птичьим щебетом разлилось,
Забыв про дождь, что лил вчера,
Мешая спать нам до утра.
Деревья капли отряхнули
И глубоко с утра вздохнули.
Блестит на солнце их листва,
Собрав все взгляды на себя.
Автобус двести первый вьётся,
По Краснодарской вдоль крадётся.
Ему шуметь сейчас нельзя —
Ведь ночь бессонною была.
Как в этот город не влюбиться,
Когда он по утрам искрится
И окружает нас, любя,
Теплом и нежностью маня.
Я, взгляд бросаю торопливо:
Ах, до чего же всё красиво!
А за окном, едва дыша,
Светлеет утро не спеша.
Все случайные встречи записаны кем-то в тетрадку
Он в двадцать два часа проснётся
И что-то вспомнив улыбнётся
Не критикуй меня за буй
Ведь картёжник, не ревнуй(за этот нежный поцелуй)
Мы русские как были, так и есть.
Рождённые в Рязани и Норильске
Пусть край Хабаровский, совсем не край невест.
Давай присядим на валежник
Пусть нас кусают комары
И вспомним, как весной подснежник
Дарил нам счастье до зари.
Мы у костра с тобой сидели
Давай присядим на валежник
Где небо прячут комары
И вспомним, как весной подснежник
Дарил нам счастье до зари.
Зацепила или нет.
Может снилось, может нет
Иногда вспоминайте меня,
Пусть от Вас я сейчас далеко
Вам ведь так не хватает меня
Но иначе нам быть не дано.
Когда закончится война.
Кем будем мы? Что будет с нами?
Какими будем мы отцами?
Когда закончится война.
Что мы успеем рассказать,
Да и кому всё это нужно?
Когда смотрели равнодушно
Те, кто обязан это знать.
Меня поймёт, кто был со мной,
Но он о многом не расскажет,
Букет на поле этом ляжет
Сплетённый детскою рукой.
Лишь в небе синем облака
Как в старом фильме нам покажут,
А времена нас громом свяжут,
Когда закончится война.
Так что же будет там со мной,
Где с ложью будет жить привычно,
А с правдой очень неприлично
Тем кого не было со мной
А ты меня не находила
Ты обо мне не говорила
Своим подругам и друзьям
Всё что известно было нам.
Неугомонная моя
О ком сегодня ты ревнуешь
Давно тех нет о ком воркуешь
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.
