Александр Мурыгин
Бешеный/Madman 10.2018
В русскоязычной литературе я маргинал-одиночка. "Солидные" русскоязычные издания как консервативного так и либерального толка меня старательно не замечают. Это можно сказать и о читателе. Одних отталкивает мой литературный герой (панк-философ), других - стиль (дао-верлибр). В русской поэзии у меня нет предшественников и аналогов. Мне одинаково чужды "душевность" русской классики вплоть до семидесятников и бездушная "чернуха" новой русской литературы. Я был призван "к перу" в 20 лет, уже сложившимся идейно и в литературных вкусах - бунтарём и модернистом. Я писал в два захода - с 1974 по 1989 и с 2011 по текущий 2024. В первый период (речь идёт о поэзии) - довольно стандартным верлибром, которому учился по польской поэзии в оригиналах (для чего выучил польский язык), по редким переводам верлибра в "Иностранке", из которых меня поразила своей психопатической экспрессией Сильвия Плат и обрывкам поэзии битников, коими иллюстрировалась критика эстетики бунта. Все 90-е и нулевые я молчал. В 11-м очнулся к сочинительству пенсионером и вдовцом, с технической возможностью набирать тексты и выкладывать их на "помойках" - бесплатных ресурсах литературного контента. Стиль мой резко изменился. Я ещё в 70-е прочёл книгу Гаспарова о японской поэзии и написал несколько текстов в подражание. Но только в 10-х я заговорил на японском поэтическом языке как на родном и о том, о чём хотел сказать - о цивилизации андеграунда, бунте его и упадке в либеральную эпоху, о поисках истины и смысла, отражённых в творчестве.
В русскоязычной литературе я маргинал-одиночка. "Солидные" русскоязычные издания как консервативного так и либерального толка меня старательно не замечают. Это можно сказать и о читателе. Одних отталкивает мой литературный герой (панк-философ), других - стиль (дао-верлибр). В русской поэзии у меня нет предшественников и аналогов. Мне одинаково чужды "душевность" русской классики вплоть до семидесятников и бездушная "чернуха" новой русской литературы. Я был призван "к перу" в 20 лет, уже сложившимся идейно и в литературных вкусах - бунтарём и модернистом. Я писал в два захода - с 1974 по 1989 и с 2011 по текущий 2024. В первый период (речь идёт о поэзии) - довольно стандартным верлибром, которому учился по польской поэзии в оригиналах (для чего выучил польский язык), по редким переводам верлибра в "Иностранке", из которых меня поразила своей психопатической экспрессией Сильвия Плат и обрывкам поэзии битников, коими иллюстрировалась критика эстетики бунта. Все 90-е и нулевые я молчал. В 11-м очнулся к сочинительству пенсионером и вдовцом, с технической возможностью набирать тексты и выкладывать их на "помойках" - бесплатных ресурсах литературного контента. Стиль мой резко изменился. Я ещё в 70-е прочёл книгу Гаспарова о японской поэзии и написал несколько текстов в подражание. Но только в 10-х я заговорил на японском поэтическом языке как на родном и о том, о чём хотел сказать - о цивилизации андеграунда, бунте его и упадке в либеральную эпоху, о поисках истины и смысла, отражённых в творчестве.
Произведений: 1104
Получено рецензий: 138
Написано рецензий: 104
Читателей: 51465
Произведения
- Типа эпитафия - эссе и статьи, 04.12.2025 14:53
Ожидание войны (2)
Шняга. Шорт-вокс (9)
Нескладухи (2)
Ироничные стихи. (1)
Только для детей (1)
Дарк. Русский реп (17)
Народные песни (1)
Эссе (5)
Проза (84)
Реп Бешеного (1)
Madman в переводах Гугла (364)