Борис Куркин

Но верю: сказано не зря
Устами дьявола негромко:
«Ведь рукописи не горят..»
И в свет являются потомкам.

Я все равно, как темный крот
В слепом усердии инстинкта
Посмертно северных широт
Потом когда – нибудь достигну!
Куркин Борис Александрович. ( Сын лишенца)


«После шестидесяти» – так он назвал рукопись своих стихов, которую передал мне во время последней нашей встречи на Донецкой земле, куда я приезжал уже из столицы независимой России в независимую Украину. Он оставался там, в городе Кировске (почтовое название Кировское), где была могила его жены, моей матери, которую пережил на два года, и похоронен рядом, на том же городском кладбище, в 1994 году.

Кто мог знать тогда, что свершится невозможное? Война перепашет кладбище, превратив могилы в воронки от обстрелов, а маленький шахтерский городок, наполовину разрушенный, будет выживать, как в ту войну, которую они пережили в молодости.
Как это знакомо по его стихам о судьбе деда Александра Куркина:
Его беда, его ль вина?
На Ржевском кладбище закопан,
А там потом прошла война,
Сравняв могилы и окопы.

Большинство своих стихов Борис Александрович Куркин написал здесь – в Кировске, где прожил 37 лет, начиная с 1957 года. Я не знаю, писал ли он, в молодости – ничего и нигде не сохранилось. Первый его стих «Живи упрямо» датируются им самим 1965 годом. А с 1974 года это занятие становится для него основным. Ему было в то время 62 года, поэтому и рукопись: «После шестидесяти»
Как сам он напишет в автобиографическом стихотворении «Сын лишенца» :
И лишь достигнув рубежа
И получив минут излишки,
Я смог потребность ублажать
Под сенью пенсионной книжки.

Его стихи – размышления зрелого, пожилого человека, пережившего все то, что послала судьба его поколению в прошедшем столетии. Ровесник века он родился в 1912 году в Москве в самом ее сердце, в Кадашах.
Там, в трёхэтажной глубине,
Октябрьский залп остался тайной,
Как след снаряда на стене,
Во двор влетевшего случайно.

И старый мир мне был неплох,
И новый встал пригож и светел:
Через границу двух эпох,
Как перешел, я не заметил.

Жители этого района известные купцы, в большинстве своем старообрядцы. Наши предки выходцы из Боровска, где занимались выращиванием ранних овощей и зелени в парниках для поставок на рынки Москвы. Дед, Александр Петрович, разбогател и удачно женился на представительнице известного купеческого рода, тоже из староверов, Бабковых – Евдокии, моей дорогой бабушке Душе.

Я, уже пятилетний, помню тот подвал, в Малом Ивановском переулке в Москве, куда переселили бывшую купчиху с тремя сыновьями, выселив из квартиры в Кадашах. Это была комната метров пятнадцати с оконцем под потолком, выходящим прямо на тротуар. Я это увидел, где – то году в пятидесятом.

Здесь они и выросли, отец и его братья – мои дядья. Моя удивительная бабушка Душа сумела не только взрастить и воспитать их всех достойными людьми, но и дать образование, не смотря на то, что они были детьми лишенца – по сути классового врага, если пользоваться терминологией того времени.
Как старший в семье, отец после десятого пошел работать, и пединститут заканчивал заочно. Младшие: Сергей стал инженером, Константин биологом – защитились, преподавали в ведущих ВУЗах страны.

Все трое были на фронте и все вернулись живыми, наверное, благодаря бабушкиным молитвам. Она была глубоко и искренне верующим человеком.
Отца призвали в 42 – м в состав только, что сформированной «дикой» дивизии. Дикой ее называли потому, что состояла из необученной московской интеллигенции.
После плена жил в Донецкой степи: на родине моей мамы. И хотя он сам критически относился к своей педагогической деятельности – учитель он был от бога, я это знаю. Но его влекла литературная стезя и лишь о ней его мечты и в молодые и в зрелые годы.
Своим творчеством он доказал, что мир пожилого человека полон эмоций и переживаний. Это другие чувства, другие интересы, но и ему, пожилому, ничто не чуждо. Этот мир достоин внимания, а опыт бесценен.

Человек всесторонне образованный и предельно скромный, искренний и сомневающийся, в своем творчестве он коснулся многих тем и сторон современной ему жизни и поэтому стихи его интересны каждому.

Последняя дата в рукописи – декабрь 1987 года, за это время он успел написать 255 произведений при жизни нигде не опубликованных.

Евгений Борисович Куркин

Написать личное сообщение    Добавить в список избранных

Произведения, не вошедшие в сборники (52)

Моих химер, стихов моих начало (10)

После шестидесяти (92)

Не успею (6)

Поэмы. (2)

Игры богов - пьеса сценарий (18)

Сонеты (5)

Баллады (9)

Мистика (8)

Посредственность (5)

Капля вечности (3)

Неотвратимость угасания (27)

Золотая рыбка (5)

Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.

Соглашаюсь