Богиня и поэт
окутан твой изящный стан.
Ты нынче грезишь о поэте -
целителе душевных ран.
В шелках, бессонницей томима,
чуть подбородок приподняв,
в окно глядишь, чтоб только мимо
поэт не юркнул в тень дубрав.
Ты ждёшь его и днём, и ночью,
не прерываясь на обед
и, безусловно, страстно хочешь
и неги плотской, и бесед.
Ведь ты прекраснее богини
в шелках, а паче - в неглиже,
Ты ждёшь, как ждут любви рабыни,
чтоб царствовать в его душе.
Чу! Гений вышел из тумана.
Ему навстречу мчишься ты,
в тебе ни одного изъяна,
в руках конфеты и цветы.
Дары вручаются поэту,
признания летят вослед
и всё за чистую монету
приемлет влюбчивый поэт.
В который раз его на море
везут в Абхазию, где он
богине признаётся вскоре,
что очарован и влюблён.
Девица утопает в счастье,
впадает в пламенный кураж,
купальники меняет часто
и хвалит лето, чачу, пляж.
Властитель дум не любит лето,
но любит дам по мере сил
и он блажен, как все поэты,
кто чачу в тех краях не пил.
Прошло три дня. Назад в Калугу
в плацкарте парочка летит.
Давай ты будешь просто другом -
поэту дама говорит.
Кусая губы на перроне,
от грусти проглотив язык,
рыдает гений в ля миноре,
кивает, ибо он привык.
БальзамоВ
Свидетельство о публикации №126112209206