Поколенческий вайб

Мой сын серьёзен, впрочем, даже слишком.
Он учит жизнь по схеме «Меньше слов».
Письмо пришлёт (привет моим нервишкам),
И в нём — дежурных фраза «будь здоров».
«Норм» — значит, с бурей как-то разобрался,
«Ок» — что завтра выйдет на контакт.
В «здоровый амбиент» он вдруг подался,
Пока я изучаю этот факт.

Его «границы» — хлеб его насущный,
Мне — «соберись», надёжный наш каркас.
Их мир — туман, тягучий, вездесущий,
Наш — чёткий ритм, на раз, два, три… сейчас.
Я долго думала, что жизнь - дорога,
Которую прошли мы — тяжелей.
Но оказалось — в их душе тревога
Куда острей, чем блеск моих идей.

А в доме гостья — зумер, взгляд туманный,
Глядит кино, где каждый лишь молчит.
Сюжетец этот для меня, конечно, странный,
И постмиллениал меня бомбит.
Она мне скажет: «Гля, вы — динозавр!»,
А я кивну, жуя пирог с малиной.
Вся жизнь сегодня — будто некий драйв,
Окутанный техничной паутиной.

Я помню очередь, талоны, стужу,
Мы выживали, сжав зубами рот.
А Им — полегче? Может быть, наружно,
Но глубже — той же каверзы подход.
Им тяжело от выбора пространства,
Нам было легче — цель всегда видна.
Вся разница — в оттенках хулиганства,
Да в том, какая светит впереди фигня.

Мои подруги — вечные константы,
В Ватсапе жмут на стикеры с котом.
Мы — «посиделки», «скучные атланты»,
Что держат небо, даже за столом.
Пускай скрипим, но радость не остыла,
Мы кофе пьём, ворча на молодёжь.
И сколько в нас ещё осталось пыла!
И правды — море, хоть немножко — ложь.

Я поняла: мы просто три эпохи,
Что делят один пульт и сеть «вай-фай».
У нас свои, большие суматохи,
У них — свои, — попробуй угадай.
Они не знают записей на ленту,
Мы не поймем их «выгораний» гнёт.
Но всё стремится к одному моменту,
Где каждый своё небо обретёт.

Зачем им знать, как клеить старый шнур?
Им не понять азарта посиделок.
Зато в сетях их тихих каламбур
Сложней любых моральных переделок.
Они устали раньше, чем я, — жить,
И это знание даётся мне с трудом.
Как странно — сквозь эпоху проложить
Тот самый путь, соединяющий геном.

Ну, всё, пора. Звоню сынку настойчиво.
Он сбросит — знаю — это ритуал.
Но я оставлю в почте, очень срочной,
Пять минут того, что он не досказал.
По-матерински месть — тепло и нежность,
Она течёт сквозь годы и года.
Простая, неизбежная безбрежность —
Моя, твоя и наша… навсегда.


Рецензии