Муза
От друга чтеца, до дамы в кино.
Моя муза не носит кольцо,
Со мной познать счастье ей не суждено.
Моя муза не будет читать те слова,
Что меня побудила она написать.
В стихах не она, и будет права.
Мне легче придумать, чем правду сказать
Тот образ не больше, чем просто картинка,
Я романтизировал большую часть,
Но такое признание — в стопку пылинка,
Рыбак не закинет тусклую снасть.
Так и писателю нечего делать,
Если он пишет, не чувствуя страсть.
Муза — мотив, причина эмоций,
Плакать, смеяться, забиться в себе.
Дофамин по талонам, оставшихся порций,
Но люди нуждаются даже в крупе.
Ну ладно, к чему монолог о еде,
Я вещаю про образ, про свет в темноте,
Про лицо, что увижу я только во сне,
Про неё, вот только вопрос: "она где?".
Я множество раз видал её в людях,
И в каждой было что-то своё,
Цена того счастья была не в валютах,
Я отдавал своё естество.
И сей стих своего рода "плата",
Человеку, что внешне как осень.
Разговор, что был позже заката,
Меня побудила написать строчек восемь.
А после вообще получилась соната,
Пусть для стиха и звучит грубовато.
Человек, что внешне как лето,
С волосом красным, и мыслями в небо,
С гитарой которой когда-то пропето,
Привил чуть привычку писать в стиле рэпа.
Шатенка, что в зиму закроется пледом,
Дала мне мотив не быть серым, смеяться.
Пусть и наполнила жизнь мне чуть бредом,
Но с ней смог понять, как стих должен читаться.
Осталась весна, что всегда так любил,
Но пусть это место пока что пустует.
Ни раз уступал, и себя же винил
Так что владелец пока что кочует.
Один светлый волос помог сказать "больно",
Другой же смог вдохновить на "люблю",
Барабанщица стих простучала двухдольно,
Но в каждой я видел музу-весну.
И каждой уже посветил по стиху,
Это та плата, что звал "естество".
Но есть те, кого я до пор сих ценю,
И музой назвать по сей день я хочу.
Один друг вечно падал, с улыбкой на роже,
И громко кричал, о том, что он слаб.
Другой создал мир, опираясь на боже
И кажется, с каждым мы чем-то похожи
Хобби — влечёт брать в метро с людей гроши,
Но прозой, вызвать в прохожих, чувства до дрожи, вот этим мы схожи!
Придать музе имя, как богу лицо,
Фанатично, и трудно развидеть,
Так что стих анонимность, но автор Пьеро,
Пьяный, держащий пустое перо, чья жизнь вся в стихах, а кто слушал — в кино.
Продолжу писать, и пусть муза — вино.
Свидетельство о публикации №126112108750