Он забыл на многих языках...

Он забыл на многих языках
имена одежд, народов, рыб,
возглас любопытства на носках
и азарта прерванной игры.

Он понес над чёрною водой
неба невосполненный урон:
галки перебежной и худой
след пустой во много мегатонн.

Он забыл на юге виноград,
но запомнил имена лесов
северных, и звезд зелёный град,
соловеющий у полюсов.

Рыба открывает тихий рот,
учит повзрослевшую икру,
как легко и вечно жить вперед,
запираясь в солнца белый круг.

Капля виноградная видна,
птицы изучающий стилет.
Столько много лье двойного дна,
и любви большой так мало лет.

Знает он покой, и липу, клен,
тропы у него на языке.
К этому народу прилеплен
он как шапка к пряди на виске.

Солнце жимолостного куста,
капель виноградных круговерть,
белый круг с причальной бечевой.

Дно остановилось посмотреть:

перебежчик чёрного моста
разлетелся галкой кочевой;
лозы пьют из почвы темный херес,
рыба вспоминает первый нерест;

а любовь не помнит ничего.


Рецензии