Паровоз до коммунизма
* * *
Я историкам не верю -
Живы символы империй,
Живы, пусть не говорят,
В старый летний кинотеатр
Под холодным взглядом статуй
Проберусь, и сяду в первый ряд.
Ничего, что он заброшен,
Это сделано нарочно,
Знать ответ не каждому дано,
Будет он правдив и точен,
Если взгляд сосредоточен
На деталях снятого кино.
В главном кадре оптимизм -
Люди строят коммунизм,
Трактора и танки стали в ряд,
В волевых бетонных лицах
Верность правящей деснице,
Новый мир величествен и свят.
Людоедское начало
Мирового капитала -
Вот причина гибели элит,
Лишь архивы, файлы, диски
Помнят ужасы очистки,
Старый мир растоптан и забыт.
Больше нет ни тех, ни этих,
Каждый хищник на примете,
На планете генетический контроль,
Зарождение в пробирках,
Эвтаназия в кабинках,
По способностям общественная роль.
Широки, раздольны нивы,
Города стройны, красивы,
Корабли доносят свет к другим мирам,
Позади раздор и войны,
Жизнь разумна и спокойна,
Человек в свою мечту поверил сам.
При осознанной свободе
Каждый гений по природе,
Нет преград для творческих вершин,
Инженер, поэт, учёный
Славят труд раскрепощённый
Наделённых разумом машин.
Что, кому и сколько надо -
Всё решают автоматы,
Стал не нужен суетный народ,
Поезда без машинистов,
Коммунизм без коммунистов -
Маркс не ведал, что до этого дойдёт.
Главным движущим мотивом
Он считал локомотивы,
Был решён веками мучивший вопрос,
Ленин первым из марксистов
Сел в кабину машиниста,
Но строптивым оказался паровоз.
К коммунизму путь научный
Труден, долог, даже скучен -
Диалектику спирали кто поймёт?
Если быстро вам неймётся,
Машинист всегда найдётся:
Под откос, д'гузья, но главное - вперёд!
Тише едешь - дальше будешь,
Меньше знаешь - крепче спишь,
Если не был, то побудешь,
Не забудешь - не простишь.
Мчались бешено, с накатом,
По виткам, отдельно взятым,
Путь был пафосен, безоблачен и свят:
Маркс и Энгельс не сказали,
Что движение по спирали
Происходит как вперёд, так и назад.
Всё, что мыслилось начально,
Завершается печально,
В этом видится наследственный изъян:
Чередуя серп и грабли
Человек умом не слаб ли -
Что там Энгельс говорил про обезьян?
Кибернетика и атом
Предрекли - в восьмидесятом
Всюду будет изобилие и контроль,
Даже базис и надстройка
Сказкой бредили настолько,
Что проспали историческую роль.
Мир жестокий и убогий
Смоют волны технологий,
Что пока не каждый сознаёт,
Но экспресс без машиниста
В город солнечный и чистый,
Мне шепнул один монтёр - уже идёт.
Дорогие коммунисты,
Не стреляйте в пианиста,
Сами знаете, где нынче паровоз,
На разбор ассоциаций
Обратитесь в Лигу наций -
Там пробьют ответ на пафосный вопрос.
* * *
Пыль времён века покрыла,
Снова стройка в дельте Нила,
Ярким оком Сириус горит,
Небо синее, как в сказках,
Все в набедренных повязках,
Тащим блоки к стенам новых пирамид.
Созидание устоев
Происходит без простоев,
За работу - финики и жмых,
Фараон в гробнице личной
Воплощение величия -
Говорят, что он живее всех живых.
=====================
Музыкальная иллюстрация - оркестровая увертюра «Экспресс в коммунизм». Правда, правильнее будет сказать, что текст - это иллюстрация к музыке, так как он появился намного позже. Да, музыка бессловесна, но зато как выразительна!
Здесь у нас сильно сокращённая и упрощённая версия настоящей копирайтной симфонической увертюры, авторский демонстрационный эскиз, поэтому копирование и распространение свободное - Creative Commons 4.0:
https://cloud.mail.ru/public/9oyd/z4uA9eLnr
Файл :
Into_a_Bright_Future_(CC4)_BVL_2026.mp3 [4:37] [44 kHz] 3.59 МБ 17.11.2026
В симфоническую концепцию всегда закладывается определённый символизм. Будучи растворён в гармонической и ритмической составляющих звуковой ткани, он может быть в той или иной степпни выявлен подготовленным слушателем, вызывая чувство удовлетворённости от разгаданной тайны.
Так как интерпретация музыки неограниченно многозначна, композиторы расставляют различные маркеры, наводящие на подсказки для правильного понимания смысла, заложенного в произведение.
Игрой автор-читатель, автор-зритель, автор-слушатель пронизана вся культура, что придаёт нашей бессмысленной жизни некоторую опору в её бессмысленном течении.
Зашифровки у классиков чаще всего бывают в виде так называемых музыкальных авторских монограмм, замаскированных в нотации (например, всем известные монограммы Баха).
Известны и более сложные построения, которые являются предметом музыкальной криптографии (например, "Энигма" Элгара).
Большинство зашифровок, даже примитивных, расшифровать без ключа и маркеров начала практически невозможно, поэтому через издателей и музыковедов организуется "утечка" нужных сведений. В ход идёт "личная переписка" автора, "случайно" найденные дневники, "воспоминания" друзей, коллег и родственников.
Так авторская зашифровка становится достоянием культурной среды, подогревая интерес к произведению, продлевая память об авторе и обеспечивая тем самым продолжительный доход издателям, музыковедам, исполнителям и культурным чиновникам. В литературе это вообще массовое явление и даже её суть.
После такого экскурса в мир музыкальных тайн возникает вопрос: имеется ли нечто подобное в представленной общественному вниманию увертюре? Несомненно, однако работа ещё ведётся. Куда же без загадок? В тонкости погружаться не станем, а пока будет достаточно пояснить идею и последовательность картин.
Увертюра состоит из 7 основных картин, изображающих характерные периоды движения локомотива революции к светлому будущему. Надо не забывать, что речь идёт исключительно о локомотиве, а не об историографии построения этого будущего во всей её масштабности. Увертюра - это краткий очерк с характерными различимыми деталями, не более того.
Периодизация примерно совпадает с принятой в учебниках, но в нашем сокращённом варианте несколько отличается от неё в силу сокращённости:
00:00 - 01:20 начало XX века (1900 - 1920)
01:20 - 01:45 эпоха Ленина (1920 - 1930)
01:45 - 02:20 эпоха Сталина (1930 - 1945)
02:20 - 03:00 эпоха Сталина (1945 - 1955)
03:00 - 03:25 эпоха Хрущёва (1945 - 1965)
03:25 - 04:05 эпоха Брежнева (1965 - 1980)
04:05 - 04:37 конец XX века (1980 - 2000)
Эпохи изображаются через ритмический ряд, похожий то на ход часов, то на укладку фундамента, то на ход паровоза, то на схватку противников, то на победный барабанный бой.
Начинается с шести шагов Часового [00:05-00:11].
Число шесть символизирует важную идею всей симфонической концепции: в кодах культуры оно означает творчество и совершенство. Но есть тонкость: речь идёт не о начале, а о завершении цикла, о прекращении активности, об исчерпании творческого импульса. Пауза, которая идёт за актом творения, богата гармонией завершённости, но в то же время содержит в себе предзнаменование распада и разложения.
Далее, под аккомпанемент пианиста-тапёра [00:38-00:41] перед нами проходят ускоренные кадры немого кино начала двадцатого века. Со стороны нынешнего времени события кажутся карикатурным, что и отражает дёрганная звуковая канва.
Постепенно неорганизованность и хаотичность становятся мееее ироничными, затем резко сменяются жестким ритмом, в механистичности которого просматривается намёк на движение паровоза, и, одновременно, на строительство мощного фундамента под будущее здание нового, функционально устроенного мира, в котором всё подчинено регулярной идее общего единого движения вперёд. Куда именно - понятно лишь в общих чертах, и движение корректируется по ходу.
На пути возникают препятствия, с которыми справляются благодаря высокой кинетической энергии набравшего ход паровоза.
Звериная схватка кровавых империй завершается торжествующим барабанным боем, который символизирует победу всего хорошего над всем плохим и переходит в серию заколачивающих ударов по крышке его гроба.
Далее, паровоз, который стал мощнее, набирает ход, и вот-вот достигнет заветной цели - сухое ритмичное дыхание железного монстра и весёлые подголоски не оставляют в том никаких сомнений.
Однако случается нечто непредвиденное, и движение, хотя и ускоренное, опять приобретает черты карикатурности в стремлении догнать и перегнать чужой паровоз, появившийся впереди.
Машинист допускает роковую ошибку - сворачивает с прежнего пути на чужую одноколейку, по которой можно попытаться догнать локомотив, прущий, как бык, далеко впереди, но обогнать невозможно, так как ж/д колея, по определению классика, только одна - вперёд.
Утрачена и возможность вернуться на прежний путь.
Однако инерция велика, и на какое-то время удаётся ею воспользоваться - ритм снова становится чётким, даже грозным. Кажется, что вот-вот приедем...
Проект торжественно закрывается в 1980-м, что обозначено шестью колокольными ударами главных часов [03:50].
Далее следует период трансформации (очень коротко, так как автора тошнит), но всё заканчивается хорошо.
Свидетельство о публикации №126111800312
Ирина Лерова 18.11.2026 11:41 Заявить о нарушении
Ирина Лерова 18.11.2026 11:45 Заявить о нарушении
Брюс Штриттер 18.11.2026 22:38 Заявить о нарушении