Два творца. Глава 2. Пять лет спустя
Вот уже прошло пять лет.
Время стёрло шумный след
Обсуждений вернисажа.
Что же там с героем нашим?
Наш любимый Иванов
Не художник уж давно.
А решил он стать поэтом,
Путешествовать по свету.
Много стран он повидал,
Удивлялся, что не знал
Как за морем всё красиво.
Но вернулся он в Россию,
В свой родимый град Ростов.
Ну а что же там Петров?
После выставки уехал.
На волне того успеха
Он решил, что уж пора
Отъезжать с сего двора.
Продал всё — и был таков.
Что ж… Петров — это Петров.
Иванов стихи писал,
Ночью классику читал.
Тёплый плед да чашка чая —
И ты словно возле рая.
Но тоска его взяла.
То ль осенняя хандра,
То ль депрессия какая…
Мы не ведаем... Не знаем.
Сев в такси как в колесницу,
Он поехал во столицу
Посмотреть как люд живёт,
Что читает, что поёт.
А Москва преобразилась,
Днём и ночью вся светилась.
И сквозь свет неон-огней
Иванов гулял по ней.
Что же видит? Вся столица
Встрепенулась, как жар-птица,
И вошла в какой-то раж,
Шум кругом, ажиотаж.
Все бегут в какой-то клуб.
Иванову хоть не люб
Образ жизни тот ночной,
Но и он пошёл с толпой.
А билетов не достать,
И пришлось всё покупать
Прямо тут у входа, с рук
У каких-то там хитрюг.
Вот зашли в просторный зал.
«И куда же я попал?», —
Вдруг подумал Иванов.
Вмиг весь свет прожекторов
Был направлен лишь на сцену.
Словно воин на арену,
Будто хищник из оков
Вышел… Кто? Да он! Петров!
«Здравствуйте, мои друзья!
Рад вас снова видеть я.
Если вы пришли на встречу,
То удачным будет вечер.
Вы услышите стихи
Не какие-то… Мои!
Я для вас на всё готов!
Кто я?» Гул стоит: «Петро-о-ов!».
«Сядьте поудобней в кресла.
Начнём с «Зимнего экспресса».
И поправив свой берет,
Стал читать Петров-поэт:
«Буря мглою небо кроет,
Вихри снежные крутя.
Мчит он, зверем лютым воет,
На безумных скоростях.
Попадает, словно в бездну,
В страшный сумрачный туннель.
По вагонам с бодрой песней
Ходит бойкий менестрель.
Он играет «Незабудку»,
«Незнакомку» и «Цветы».
В сон упав, я на минутку
Вспомню милые черты
Девушки, которой верил,
Верным был, как старый пёс.
А теперь я стар и беден,
Сплю под стук стальных колёс».
Шум вокруг, аплодисменты,
Крики «Браво!», комплименты.
Тут подумал Иванов:
«Да… Петров — это Петров».
А поэт вошёл тут в раж,
Глядя на ажиотаж.
Говорит: «Теперь «Онегин»,
Хором зал кричит: «Под снегом!».
«Предвижу всё, вас оскорбит
Письмо, которое я с болью,
С душой, истерзанною горем,
Пишу, сединами покрыт.
Чего хочу? Чего мне надо?
Зачем я всё это пишу?
Вы — главная моя награда!
Я рядом с вами чуть дышу.
Ах, моя милая Татьяна!
Вы — совершенство! Без изъяна!
Сказать давно я вам хотел,
Да только не хватало силы,
Вы были так чудесно милы,
И я всегда при вас робел.
Свой выбор сделали вы честно,
Сопернику я проиграл.
Хоть, право, это неуместно,
Но я тогда рыдал, рыдал…
Ходил в тумане, словно пьяный,
В мечтах ища мир и покой,
И проклиная жребий свой.
А в мыслях только вы, Татьяна!
Хочу всю жизнь я видеть вас,
Как тень всегда быть рядом с вами.
И пусть вы далеко сейчас,
И сотни вёрст теперь меж нами,
Не прекращаю я мечтать,
В вас представляя совершенство.
И пред мечтою замирать,
Бледнеть и гаснуть… вот блаженство!
Всё больше снега на висках,
Тащусь по жизни наудачу;
Мне дорог каждый жизни час,
Который на мечту я трачу.
Я верю, в час предсмертный мой,
Вы рядом будете со мной».
Иванов разинув рот,
Думал: «Ну Петров даёт...».
Зал кричал как не в себя:
«Любим, любим мы тебя!».
Быстро вечер пролетел,
Иванов не пожалел,
Что купил сюда билет.
Жаль, да денег больше нет.
До гостиницы, признаться,
Нелегко будет добраться.
Вдруг он слышит: «Иванов!».
Оглянулся, там Петров.
— Вот так встреча! Вот те раз!
Как ты? Занят чем сейчас?
— Путешествую, мой друг,
Подмечаю всё вокруг.
Вот пришёл к тебе на вечер,
Удивлён такой я встрече.
Ты был прямо «на коне»,
А особо под конец.
— Ты картины ещё пишешь?
— Нет. Стихи, как ты. Но слышишь,
У меня всё больше «в стол».
Уже поздно. Я пошёл.
— Как пошёл? Ты что дурак!?
Не уйдёшь ты просто так.
Выпьем, вспомним вернисаж.
Помнишь тот ажиотаж?
— Как не помнить, ты тогда
Был уже суперзвезда.
Те картины в белый цвет.
А уже прошло пять лет...
— Да, пять лет прошло, но всё же
Кое-что меня тревожит.
Помнишь, этот журналист.
Что с ним? Как его там жизнь?
— Я не знаю. Но ему
Дал тогда я интервью.
Был про гения вопрос,
То ли в шутку, то ль всерьёз.
Про тебя, что «в чём-то гений»,
Это точно, без сомнений.
Ты искал себя «в снегах»,
А нашёл себя в стихах.
— Да ну ладно. «Снег» и тут.
Образы в стихах живут.
Не звезда я и не гений.
Пушкин гений, без сомнений.
Ну так что? Пойдём, хлебнём?
И они пошли вдвоём.
Вспомнили былое, детство,
Дружное своё соседство.
Ну а утром Иванов
Отбыл из Москвы в Ростов.
(Продолжение Глава 3: http://stihi.ru/2026/11/19/8420)
Свидетельство о публикации №126111707023