Мне виден
И улицы багровый тон.
Мне виден в этом настоящем,
И в прошлом виден тоже он.
Я слышу плач осиротевших
И вой вдовы — предсмертный горн.
Гордыня мне видна старейшин
И королей загнивший трон.
Мне страшны образы, что видел
Шагающим среди людей.
Их суть мне показал Овидий
В метаморфозах жизни дней.
Мне страшны мысли новобрачных
На шабаше под пьяный фолк,
Немых, глухих и, да, незрячих,
Что катафалк сочтут за стол.
Мне виден мир усопшим древом
Под проливным дождём судьбы,
Где каждой веткой был он предан
Не из любви, а из нужды.
Свидетельство о публикации №126111706200