Местечковый ревизор
Глянул я в интернет — есть в Свослочи гостиница. Одна на весь район, местного ПУП или РУП, не понял я, ЖКХ, зато с гордым, как полковое знамя, статусом единственной цитадели гостеприимства. Альтернатива ей - только лавка на местной автостанции.
И решил я, как истинный европеец, тот, что из самого сердца Европы, забронировать апартаменты заранее. Беру телефон, набираю код и заветные цифры.
Гудок. Второй. Двадцать пятый… В трубке такая стерильная тишина, будто в эту гостиницу провели кабель прямиком из склепа фараона Тутанхамона.
Ну, думаю, мало ли — человек вышел на крыльцо покормить голубей или разгадывает кроссворд повышенной сложности. Набираю снова минут через десять. Потом ещё через пятнадцать. На тридцатом звонке мой указательный палец стёрся до состояния нервного срыва, а в душе зашевелилась мысль, что администратор гостиницы принял схиму, дал обет молчания и, никому не сказав, ушёл в скит.
Смотрю в справочник: действительно сия обитель уюта состоит на балансе у местного РУП ЖКХ. Звоню в приёмную. Там, слава богу, признаки простейшей жизни присутствуют.
Секретарша голосом, в котором плескалась вся мировая скорбь и послеобеденная зевота бегемота, выслушала мою трагедию и продиктовала другой номер:
— Туда звоните. Там ответят - и повесила трубку, как повесилась.
«Ответят», — обнадёжило меня весьма, и я набрал. Снова гудки в пустоту. Видимо, ждут они меня с таким нетерпением, красную дорожку всем колхозом пылесосят. Пофутболили меня, значит, по местным кочкам, как спущенный мяч, и бросили в овраге бюрократии.
И тут, братцы, вскипело во мне ретивое, аритмическое! Обидно стало за простого гражданина, который за свои кровные не может даже поинтересоваться наличием подушки в какой-то Свослочи. Набираю я, значит, снова на нерве ту самую приёмную. Секретарша поднимает трубку с тем же выражением вселенской тоски на голосовых связках. А у меня тембр сам собой переключился на режим «генерал-губернатор на выезде» — в голосе зазвенела сталь, зашуршали гербовые печати и запахло дорогим одеколоном.
— Любезнейшая! — роняю я в трубку с этакой барской усталостью. — Я вынужден отвлечь вас от созерцания потолка. Еду в ваш чудный град Свослочь с ревизией. С очень важной, можно сказать, преважной проверкой! Поскольку пятизвёздочных отелей у вас, увы, пока не возвели, придётся мне, человеку почти государственного масштаба, ютиться в вашем единственном теремке. Но вот беда: полдня звоню — гробовая тишина, только швыряют меня из кабинета в кабинет, как горячую картошку! Будьте так сказочно добры, организуйте-ка мне бронь лично. Номер нужен со всеми благами цивилизации — чтоб и душ присутствовал, и пардон, унитаз. И цену выставите самую адекватную, по-божески. Записывайте фамилию… - и непроизвольно даже со своего стула так встал и руку так, за пазуху засунул.
Отчеканил я на одном дыхании ей свои имя-отчество с таким апломбом, будто диктовал список награждённых орденом Подвязки и пятью грамотами, и, не дожидаясь ни «ага», ни «угу», а услышав только, как у секретарши перехватило дыхание, с генеральским достоинством положил трубку. Сам сижу, как ребенок радуюсь: ну, думаю, хоть душу отвёл.
Не прошло и десяти минут — бац! Звонок. Гляжу на экран: код Свослочского района. Беру трубку, а оттуда песней льётся тот самый секретарский голосок. Но боже мой, какие метаморфозы - из местных зелёных гусениц прямиком в крылатые махаоны!
И куда делась послеобеденная зевота бегемота?! Голос дрожит, вибрирует, ласковыми нотками фонтанирует.
— Ой, драгоценный вы наш гость! — щебечет трубка, захлёбываясь от восторга. — Простите ради всех святых! У нас там на линии какие-то магнитные бури случились, кабель, понимаете ли, закапризничал! Мы на ваше имя лучший номер забронировали! Царские палаты! И душ там бьёт фонтаном, и унитаз сияет, как начищенный самовар! А цена — чисто смех, сорок пять рублей, самая низкая по прейскуранту! Приезжайте скорее в нашу Свослочь, дорогой гость, мы вас так ждём, так любим! Красную дорожку уже пылесосим!
Положил я, значит, трубку и задумался. Вот ведь какая волшебная сила у слова! Тридцать раз звонил обычный человек — телефонный кабель лежал в коме. Позвонил «ревизор» — и провода вмиг срослись, сантехника заблестела, а в сердцах свослочских коммунальщиков вспыхнула такая пылкая любовь к ближнему, что хоть романы-признания им пиши.
Поеду, пожалуй. Куплю по дороге папку с завязками подмышку и рожу пострашнее им скорчу. Нельзя же разочаровывать людей, которые так искренне любят гостей.
Свидетельство о публикации №126111703595