По глади аллей...

Мы гуляли по глади осенних аллей,
Шёпот листьев и запах прохладных берёз.
И рука твоя вдруг оказалась в моей,
И в глазах твоих милых искрится вопрос.

Я почувствовал нежные пальцы в ладони своей
И тебя просто бережно вмиг развернул.
Ты так близко… И радостно стала моей,
Я тебя никогда уже не отпущу.

Осень прячет нас в золоте старых ветвей,
Затихает вдали сумасшедший наш город.
Нет на свете сейчас никого мне родней,
И в душе разгорается бархатный холод...
То есть жар — от твоих обжигающих губ,
Я тону в этом омуте тёмных аллей,
Мир вокруг так бессмысленно, бешено груб,
Но ты шепчешь сквозь ветер, что стала моей.

Мы свернули с тропы, где не ходят давно,
Где фонарь одинокий погас до весны.
Нам с тобой в этом парке всё предрешено,
Мы с тобою друг другом до края полны.

Я прижал тебя крепче к промокшим плечам,
Запах кожи, духов и остывшей листвы.
Поцелуи горчат, как сухое вино по ночам,
И кружится от близости свет головы.

Осень прячет нас в золоте старых ветвей,
Затихает вдали сумасшедший наш город.
Нет на свете сейчас никого мне родней,
И в груди разгорается сладостный  голод...
Жаркий плен твоих нежных, волнующих губ,
Я тону в этом омуте тёмных аллей,
Мир вокруг так бессмысленно, бешено груб,
Но ты дышишь в плечо, и ты стала моей.

Пусть срывается ветер и кружит листву,
На скамейке сырой мы забыли про время.
Я впервые за долгие годы живу,
Сбросив с сердца тяжёлое, старое бремя.
Твои руки под курткой находят тепло,
Губы ищут ответа, не зная стыда.
Нам с тобою безумно, как в снах, повезло —
Эта ночь остаётся в крови навсегда.

Осень прячет нас в золоте старых ветвей...
Спи, мой город, мы скрылись от лишних глаз.
Ты прижалась ко мне ещё ближе, тесней,
И весь мир существует сейчас для нас.
Поцелуи в тиши опустевших аллей...
Ты моя... Я тебя никому не отдам.


Рецензии