О Сурикове Василии Ивановиче
хранились синие мундиры и кивера с помпонами - казачья амуниция
екатерининского времени. Там же сберегались старинные седла, ружья,
пистоли, ятаганы, шашки.
А еще там было множество старых книг в кожаных переплетах, с пожелтевшими страницами. Вася любил листать эти книги, разглядывать картинки, рыться в груде диковинного оружия - какие-то тяжелые пищали,
изъеденные ржавчиной шашки, ему нравилось примерять амуницию. Старина эта приковывала его воображение к славе далеких предков.
Еще совсем маленьким Вася неизменно становился у окна, если казачий полк, в котором служил его отец и двое дядей, проезжал по Благовещенской улице. Они оборачивались к окну и шутя грозили ему пальцем. А мальчик стоял, сияя от счастья и гордости.
Дядя Иван Васильевич жизнь прожил интересно. Довелось ему сопро-
вождать одного декабриста из Сибири на Кавказ. Вернулся он с Кавказа
с подарком от декабриста дорогой шашкой - и полный восхищенья
Лермонтовым, с которым там встретился. С тех пор дядя Иван изучил все стихи и прозу Лермонтова и вдохновенно читал их Васе. За Лермонтовым последовал Пушкин, а потом читали даже Мильтона: перевод «Потерянного рая».
Дядя Марк Васильевич тоже стремился к культуре, выписывал журналы «Современник» и «Новоселье». Он знал обо всем в мире искусства: рассказывал, что из Рима вернулась картина Иванова «Явление Христа
народу», или что в Питере открыли Исаакиевский собор; показывал Васе
снимки ассирийских памятников, которые приводили Васю в восторг.
Но оба они - Марк и Иван Васильевич - умерли молодыми от чахотки: застудились на параде, стоя в сорокаградусный мороз в одних мундирчиках.
Свидетельство о публикации №126111605631