М. Лермонтов. 12-я лекция, последняя

  12-я лекция.

                Моя основная часть лермонтовского цикла закончена. Сейчас – несколько дополнений к основной части.

                Сначала – Михаил Юрьевич Лермонтов в жизни и творчестве русских поэтов XX века.

                Владимир Маяковский (1893 – 1930 г. г.).  В семье величайшего Поэта революции отношение к Лермонтову было особым. В детстве он знал наизусть «Спор», «Воздушный корабль», свободно цитировал Лермонтова. Напр., 6-летнего Володю ставили на стул, и он бойко начинал  читать собравшимся гостям:

    Как-то раз перед толпою
               Соплемённых гор
У Казбека с Шат – горою
             Был великий спор… --
      и т. д.
                Лермонтов оказал огромное влияние на творчество В. Маяковского – и дооктябрьское, и после Октября. А в 1924 г. великий Поэт революции написал стихотворение «Тамара и Демон», главные герои которого –  герои поэмы «Демон» Лермонтова , но ещё и царица из известной баллады, но – в советское время. Вот – отрывок из него:

Я знаю мой голос: паршивый тон,
но страшен
                силою ярой.
Кто видывал,
                не усомнится,
                что
был бы услышан Тамарой.
Царица крепится,
                взвинчена хоть,
величественно
                делает пальчиком.
Но я ей
            сразу:
                -- А мне начхать,
царица вы
                или прачка!
Тем более
                с песен –
                какой гонорар?!
А стирка –
              в семью копейка.
А даром
             немного дарит гора:
Лишь  воду –
                поди,
                полей-ка! –
Взяьрилась царица,
                к кинжалу рука.
Козой
              Из берданки  ударенной
Но я ей .
              по-своему,,
                вы ж знаете как –
Под ручку…
                любезно…
                -- Сударыня!
Чего кипятитесь,
                как паровоз?
Мы
     Общей лирики лента.
Я знаю давно вас,
                мне
                много про вас
говаривал
                некий Лермонтов.
Он клялся,
                что страстью
                и равных нет…
Таким мне
                мерещился образ твой.
Любви я заждался,
                мне 30 лет
Полюбим друг друга.
                Попросту.
Да там,
        чтоб скала
                распостелилась в пух.
От чёрта краду
                И от бога я!
:Ну что тебе Демон?
                Фантазия!
                Дух!
К тому ж староват –

                (обычный промежуток)
                мифология.
Не кинь меня в пропасть,
                будь добра.
От этой ли
                струшу боли я?
Мне
      даже
            пиджак не жаль ободрать,
а грудь и бока –
                тем более.
Отсюда
          дашь
                хороший удар –
и в Терек
               замертво треснется.
В Москве
              больнее спускают…
                куда!
Ступеньки считаешь –
                лестница.
Я кончил,
               и дело моё сторона.
И пусть,
          озверев от помарок,
Про это
          Пишет себе Пастернак.
А мы…
              соглашайся, Тамара! –
История дальше
                уже не для книг.
Я скромный,
                и я бастую.
 Сам Демон слетел,
                подслушал
                и сник,
и скрылся,
                смердя
                впустую.
К нам Лермонтов сходит,
                презрев времена.
Сияет –
               «Счастливая парочка!»
Люблю я гостей.
                Бутылку вина!
Налей гусару, Тамарочка!

               Георгий Ива’нов (1894 – 1958 г. г.). Один из крупнейших поэтов русского зарубежья, неофициально признанный «князем поэзии русского зарубежья.»
               Ещё когда он был мальчиком, родители отдали его в Кадетский корпус в Петербурге, по его словам, «стать обыкновенным мальчиком – кадетом.
В Кадетском училище у него открылся удивительный поэтический дар. Жена Иванова, писательница Ирина Одоевцева, прожившая с ним 37 лет, так описала (с его  слов, конечно) те, ни с чем не сравнимые минуты, когда мальчик ощутил себя поэтом:
                << Ночью,, чего с ним почти никогда не случалось, он проснулся. Проснулся в каком-то необычайном волнении, не понимая, что  с ним происходит. В темноте, и в какой-то особой  насторожившейся тишине, смутно белели ряды кроватей. И вдруг над его ухом чей-то голос громко и певуче произнёс:
В небесах торжественно и чудно,
Спит земля в сиянье голубом, --
                И ему показалось,, что потолок раздвинулся, и он увидел действительно как
В небесах торжественно и чудно,
Спит земля в сиянье голубом.
                Это было так прекрасно, его охватило такое чувство  блаженства, что он  боялся  пошевелиться . или передохнуть. Прижав руки к груди, не отрываясь , смотрел он на эту       (без промежутка)
, ещё никогда не виданную землю и на голубое сияние, в котором она спала.  Всё это было совсем непохоже на реальность, а принадлежало другому миру, миру поэзии, вдруг открывшемуся перед ним.
                <…> У него – и это бесконечно радовало его – неожиданно открылся «чудесный песенный дар». <…>  Он, ни с кем об этом не советуясь, решил стать поэтом. >>.
                Много лет спустя, уже будучи известным, признанным поэтом, Георгий Иванов напишет дивное стихотворение,  в котором  и живой Лермонтов, и лермонтовские мотивы, и ощущение Лермонтова:

Мелодия становится цветком,
Он распускается и осыпается,
Он делается ветром и песком,
Летящим на огонь весенним мотыльком,
Ветвями ивы в воду опускается…

Проходит тысяча мгновенных лет
И перевоплощается мелодия
В тяжёлый взгляд, в сиянье эполет
В рейтузы, в ментик, в «Ваше  благородие»,
В корнета  гвардии – о , почему бы нет?..

Туман… Тамань… Пустыня внемлет   Богу.
Как далеко до завтрашнего дня!
И Лермонтов один выходит на дорогу ,
Серебряными шпорами звеня. 

                Борис Пастернак (1890 – 1960 г. г.).  Один из крупнейших Поэтов мира  в XX веке. Свою ставшую знаменитой книгу (именно она и сделала Пастернака Пастернаком и поставила его в ряд с лучшими русскими поэтами)  -- «Сестра моя – жизнь» посвятил Лермонтову. Как говорил сам Пастернак – Он посвятил «Сестру мою – жизнь» Лермонтову как живому Поэту, как будто Он живёт среди нас. Открывает книгу стихотворение «Памяти Демона»:

Приходил по ночам
В синеве ледника от Тамары.
Парой крыл намечал
Где гудеть, где кончаться кошмару.

Не рыдал, не сплетал
Оголённых, исхлёстанных, в шрамах.
Уцелела плита
За оградой грузинского храма.

Как горбунья дурна,
Под решёткою тень не кривлялась.
У лампады зурна,
Чуть дыша, о княжне не справлялась.

Но сверканье рвалось
В волосах, и, как фосфор, трещали.
И не слышал колосс,
Как седеет Кавказ за печалью.

От окна на аршин,,
Пробирая шерстинки бурнуса,
Клялся льдами вершин:
Спи, подруга, -- лавиной вернуся.

                Павел   Антокольский (1896 – 1978 г. г.). Выдающийся русский  советский поэт.; наставник многих поэтов, некоторые из них стали потом знаменитыми. Он больше всего любил Пушкина (написал о Пушкине несколько прекрасных стихотворений), но и Лермонтов был в числе любимых его поэтов. У Антокольского есть цикл «Пушкинский год, и в нём есть и стихи, посвящённые Михаилу Юрьевичу. Два из них – в основной части моего лермонтовского цикла; вот ещё одно – «На смерть Демона» (я бы сказал, это – современный Демон):

В Москве был дождь,,
                в Ростове сильный ветер,
А у подножья Машука гроза.
На трассе той я Демона не встретил,
Не заглянул в опасные глаза.

На высоте двух тысяч метров не был
Возможен смелый демонский полёт.
Там, в блеске свежевымытого неба,,
Где только винт пропеллера поёт,

Где сбились тучи, словно хлопья ваты,
Неприбранные с масленичных вьюг,
Там Демон дымный, Демон лиловатый
Не пробирался на любимый юг.

Он был захлопнут в книжном переплёте
Иль на холсте у Врубеля сложил
Ночные крылья, сбитые в полёте, --
Короче, он скончался, как и жил.

Бред юношеский! Сколько раз видали,
Как  дивно он планировал, скользя,
Когда внизу, в долине Цинандали,
Кутили кахетинские князья.

Прошло сто лет. И, с облачных качелей
Упав на сцену в крашеный картон,
Проходит он под звон виолончелей,
Упитанный нарядный баритон.

А между тем в серебряной гондоле
Широкоплечий мастер высоты
С ним поменялся легендарной долей
И говорит со звёздами «на ты».

Он видел Арктику в шальных бурунах,
И пляску молний, и полёт планет,
И ласку солнца в тучках тонкорунных,
Но потолка его познанью нет.

Закончив рейс, он щёткой вытрет руки,
Смахнёт со лба крутую прядь волос
И скажет, стоя на земле, подруге:
«Клянусь тебе, мне дело удалось!

Ещё клянусь я первым днём творенья,
Небесною любовью и земной,
Я не могу сложить стихотворенья,
Но Лермонтов доволен был бы мной.» 

                Анна Ахматова. Великий русский Поэт XX в., кроме того – одна из крупнейших исследователей – пушкинистов. Конечно, главная её Любовь – Пушкин, но и Лермонтова она очень любила и ценила. В этом моём цикле уже есть великолепное маленькое эссе Ахматовой о Лермонтове – «Всё было подвластно ему». Сейчас я дам стихотворение Анны Ахматовой – оно не о самом Лермонтове, а скорее – о лермонтовском Кавказе:

Здесь Пушкина  изгнанье началось
И Лермонтова кончилось изгнанье.
Здесь горных трав легко благоуханье,
И только раз мне видеть удалось
У озера, в густой тени чинары,
В тот предвечерний и жестокий час –
Сияние неутолённых глаз
Бессмертного любовника Тамары.


    А теперь – произведения Лермонтова в творчестве  русских композиторов XIX – XX в. в.

                Модест Петрович Мусоргский (1839 – 1881 г. г.). Учился в той же школе юнкеров,
, что и Лермонтов (в 1852 –  1856 г. г.).
. В письме к Стасову в 1872 г. писал: «Глинка и Даргомыжский, Пушкин и Лермонтов, Гоголь… Все большие генералы и вели свои художественные армии к завоеванию хороших стран.»
                Написал в 1865 г. романс «Молитва» («Я, матерь божия»). В 1874 г. обработал романс С. И. Танеева «Казачья колыбельная».

                Николай Андреевич Римский -- Корсаков  (1844 – 1908 г. г.). Романсы на  стихи Лермонтова занимают заметное место в вокальном творчестве Римского – Корсакова. Романсы на лермонтовские стихи: «Утёс», «Как небеса твой взор блистает», «Тучи», «На севере диком», Песня Солима из поэмы «Исмаил – Бей», «Отчего», «Ангел», романс «Когда волнуется желтеющая нива» вошёл в сборник Римского – Корсакова, вышедший в Лейпциге (в 1897 г.). Романсы создавались с 1866-го по 1897-й год.

                Милий Алексеевич Балакирев (1836/1837 – 1910 г. г.). Впервые он приехал на Кавказские Минеральные воды летом 1862 г. Он  бывал там, где до него Лермонтов и, знакомясь с  п_а_м_я_т_н_ы_м_и   л_е_р_м_о_н_т_о_в_с_к_и_м_и м_е_с_т_а_м_и  Пятигорска, Балакирев повсюду ощущал незримую тень поэта:  «Находил везде, -- писал он критику Владимиру Васильевичу Стасову, -- и, несмотря на постоянную нервную раздражительность, и недовольство во всём, оттого происходящее, я был очень доволен местоположением Пятигорска, я в этом роде ещё ничего не видывал. Дышу Лермонтовым… Перечитавши ещё раз все его вещи, я должен сказать, что Лермонтов из всего русского сильнее на меня действует… Кроме того, мы совпадаем во многом, я люблю такую же природу, как и Лермонтов, она  на меня так же сильно действует. Черкесы точно так же мне нравятся, начиная от их костюма (лучше черкесского костюма  я не знаю), и много ещё есть струн, которые Лермонтов затрагивает, которые отзываются и во мне…
                А в письме к композитору, со – брату по «Могучей кучке», Цезарю Кюи, Балакирев другими словами, но то же самое пишет: «Его дух (т. е. Лермонтова – В. К.)  я чую здесь на всяком месте.»
                И в результате Милий Алексеевич Балакирев написал кантату, посвящённую Лермонтову (в 1862 г. побывал в лермонтовских местах  и лишь в  XX в. написал кантату).

                Пётр Ильич Чайковский (1840 – 1893 г. г.). Не раз говорил о своей любви к творчеству Лермонтова. Вынашивал  замысел создания оперы «Бэла» на лермонтовский сюжет, либретто для которой собирался писать А. П. Чехов,  близкий друг Чайковского. И это, безусловно, было бы   о_ч_е_н_ь   и_н_т_е_р_е_с_н_о, (без промежутка)
 но замысел, увы осуществить не удалось.
                Написал романс на стихи Лермонтова «Любовь мертвеца» (1878 г. г.) и хор  a  cappella  «Утёс» (1887 г.), а также оркестровал фортепианное сопровождение Александра Сергеевича Даргомыжского «Ночевала тучка золотая» («Утёс»). Рукопись хранится в Доме – музее Петра Ильича в Клину.

                Николай Яковлевич Мясковский (1881 – 1950 г. г.). Создал один из самых значительных вокальных циклов на стихи Лермонтова. Цикл из 12 романсов для голоса с фп. По мнению критики, высоко оценившей цикл – лучшие романсы цикла – «Казачья колыбельная» и «Выхожу один я на дорогу».

                Александр Константинович  Глазунов  (1865  -- 1936 г. г.). В 1913 г. написал музыку к драме «Маскарад», которую поставил Вс. Мейерхольд в Алексарндринском театре в Петербурге. Для того чтобы лучше передать дух того времени, Глазунов использовал романс «Венецианская ночь» и «Вальс – Фантазию» М. И. Глинки, современника Лермонтова.

                Сергей Васильевич Рахманинов  (1873 – 1943 г. г.). В 1893 г. (в 20 лет) сочинил «Фантазию» «Утёс», впервые исполненную в 1894 г. в Москве. Позднее музыкальный критик Ю. Д. Энгель писал:
                << …В «Утёсе» Рахманинова сильны и внешне живописующая сторона, и жизнь чувства. Связь с лермонтовским стихотворением здесь несомненна. >>.
                В 1890-е г. г.  сочинил на слова Лермонтова два хора для женских или детских голосов «Сосна» («На севере диком» и «Ангел».)
                В 1890-е же годы – также романсы на лермонтовские тексты: монолог Арбенина из пьесы «Маскарад» -- «Ночь, проведённая без сна» и «Нищий» («У врат обители святой»).

                Дмитрий Дмитриевич Шостакович  (1906 – 1975 г. г.). Написал  в 1950 г. два романса на стихи Лермонтова:  «Баллада» («Над миром красавица – дева сидит» и «Утро на Кавказе» («Светает – вьётся длинной пеленой…» ).

                Хачатурян Арам Ильич  (1903 – 1978 г. г.). Творчество Лермонтова было особенно близко этому композитоу. Высоко оценивая Лермонтова, считая Его национальным явлением, он писал: «Лермонтов – один из тех великих русских гениев, чьё творчество будет вечно жить в музыке!»
                Классической стала (наиболее известна всем) музыка к спектаклю «Маскарад», поставленном  в 1941 г. Московским театром им. Евг. Вахтангова. << C трепетным волнением  писал я музыку к драме Лермонтова «Маскарад», -- вспоминал Хачатурян. – Какая глубина чувств, всепобеждающая сила страстей! >>.
                В 1944 г. на основе музыки  к спектаклю создал 2 редакции сюиты для оркестра в 5 частях: Вальс, Ноктюрн, Мазурка, Романс, Галоп.
                По наблюдению И. Л. Андроникова, << в музыке Хачатуряна к «Маскараду» всё отмечено той новизной, которая никогда не состарится. >>.Трудно представить себе музыку, -- пишет Андроников о знаменитом вальсе Арбенина, -- более отвечающую характеру романтической драмы Лермонтова; Андроников также подчёркивает, что это «музыка глубоко современная и по фактуре, и по ощущению поэзии Лермонтова, совершенно свободная от какой-либо стилизации, от попытки «подделаться так, чтобы трудно было отличить эту музыку от подлинного произведения эпохи. (слова Андроникова, сказанные в 1950 г.).
                В 1948 г. Арам Ильич на основе музыки вальса из драмы «Маскарад» создал музыкальное сочинение «Встреча с Лермонтовым» (слова Павла Германа).
                В 1954 г. Арам Ильич написал музыку к пьесе Б. Лавренёва «Лермонтов», спектаклю, , поставленном МХАТом; музыка эта получила высокую оценку в печати. На основе музыки к спектаклю в 1959 г. создал Сюиту в четырёх частях: Вступление («На смерть поэта»), Мазурка, Вальс, Интермеццо и Финал (Лермонтов на Кавказе).   

                В 1897 г. на кино – студии А. Ханжонкова поставили фильм о Стеньке Разине; фильм не сохранился, но от него уцелела музыка -- Ипполитова – Иванова.

                Оперу Антона Рубинштейна «Демон» , ставшую классикой русского оперного искусства, знают все.

                Анатолий Александров написал оперу «Бэла».

                В 1942 г. композитор Александр Мосолов начал писать оперу «Маскарад», но она, увы, не была закончена…

                Ростовский композитор Сергея Артамонов, в отличие от Мосолова, написал оперу «Маскарад».

                _______________________________

                И – ещё несколько слов о Лермонтове.

                Говорят часто: Лермонтов призван был свершить в литературе нечто невероятное – что до Него никто не делал, и лишь пуля Мартынова всё перечеркнула. Но может быть для того и нужна была  эта – не вовремя оборванная жизнь, Судьба, сильно укороченная пулей подонка – чтобы в истории русской и мировой литературы осталась   Т_а_й_н_а  Э_т_о_й   С_у_д_ь_б_ы и  Э_т_о_й   Д_у_ш_и.: в Ней нет пушкинской определённости, завершённости  -- Она, кажется, вопиёт  о продолжении – рано – Рано – РАНО! Но в пушкинской Судьбе – Душе, в Его замечательных Творениях -- нет той Магии – той Тайны, которую разгадывать века и Века, и, думая, что приблизился е разгадке – на самом деле быть всё время на пороге – а порог не переступить ни… когда?!..
                Что касается того. что мало написал… Да откройте вы любое собрание сочинений Лермонтова (я, напр., при работе над этим циклом пользовался 4-хтомником, вышло даже Собрание сочинений в 6- ти    (без промежутка)
томах!), прочитайте Его от корки до корки, или хотя бы выборочно – 30 – 50 – 100 стихотворений, драмы, прозу, письма ,--  Рождённое Его Гением, и – подумайте Восхищённо и Удивлённо: разве  э_т_о_г_о   м_а_л_о? разве  Э_т_о  не колоссальный вклад не в литературу даже, а в Область Духа; и вспомните других авторов, которые дали миру неизмеримо меньше, но почему-то не принято говорить об их недо – свершённости: Грибоедов – по большому счёту только «Горе от ума»; Фонвизин может быть один полно – весный том; Сухово – Кобылин – драматическая трилогия – 3 великих пьесы, -- этот ряд можно продолжать. А Лермонтов высится и всегда будет Вы – Ситься как Недосягаемая Вершина – Эверест Духа, без которого и сейчас – через 185 лет  после Его физической смерти не представима ни одна эпоха, ни одна душа (кроме разве что душ закосневших и убогих).


                А теперь – моя маленькая поэма  о Михаиле Юрьевиче Лермонтове.
 

                Михаил Лермонтов: Гений и Трагедия.

…О этот Дерзкий
                Мальчик
                Гениальный,
Он –При –
             Знающий
                только лишь
                Закон
Орла, --
                что делает Он
                в зале баль –
                ной,
Ведь здесь чужой
                и даже лишний
                Он

Средь –
             вечно мелко – светской
                и бесстыжей
Той черни, что
                Кумир Его
                Клей –
                Мил,*
Которую
              и в наше время
                вижу,
Которой только
                блеск наружный
                мил.

Увы,
    не комильфо**
                Поэт Вселенский
Здесь –
        в мире,
                ложным светом залитом…
…Но сердце Дрог –
                нет от
                Улыбки
                Женской
Вдруг –
         и  Из –
                Литься
                Пламенем –
                Стихом
Спешит…
                …А пена
                Злобы Ядо –
                Витой,
Что Из –
              Ливают
                В Ненависти
                т_е –
Стремится
                По  --
                Гасить
                Сей Стих –
                Откры –
                Тый
В Мир, Миру? –
                Да! –
                но – Главное –
                Мечте!..

…Он на балу –
                О_д_и_н!
                Среди
                Круженья,
Но светский
                засосать
                водо –
                ворот
                не сможет душу –
Ведь
      Её
          Явленье
       Е_д_и_н_с_т_в_е_н_н_о…
                И Вечность
                Скажет –
                «Тот!..»
                …Но дочь царёва –
                Марья
                Николавна
                к Нему –
                высокомерна! –
                подошла, --
Он для неё –
                поэт –
                конечно –
                славный  --
                желателлен,
                ну словно зеркала
для бальной залы
                или что-то вроде –
красивая
                для обихода
                вещь, --
                поэт прекрасный,
                г_о_во –
                р_я_т,
                и – в моде…

…А Небо –
               Свод Судь –
                Бы Его
                зло –
                Вещ!.. –

В отставку царь не отпускает.
                Воля
недостижима.
                Служба
                без конца –
и… до конца? –
                О нет
                Ужа –
                Сней
                доли
                муштрою
                из –
                Водимого
                Певца!

И пули –
         пули
              горцев,
                но покамест
                от них
             как будто Он
                За –
                Говорён, --
И Ши –
         Роко От –
                Крытыми
                Глазами
ДУША Гля –
                Дит в Про –
                Странство
                Всех Времён!..

                …На предложенье
                стать ручным –
                придворным
Поэт ответил
                Резко –
                может быть –
            Он При –
                Говор Под –
                Писывает
Этим
Себе.

                Но – нет
                угодника
                в Поэте, --
                Вовек
                не станет
                говорить
                при –
                творно, --
Творить Сво –
                Бодно так же
                Как Любить!..

                …А дети бала
                понимают?
                где там! –
Что рядом с ними
                Ино –
                Бытиё…

                …в хозяйстве
                при –
                годится
                и Ко –
                Мета,
Коль правильно
                использовать
     Её!..

…Но вот – дуэль.
                Слюнтяй Барант –
                куда там
ему –
           слабо’! –
                отправить
                пулю
                в лоб:


Поэту
       суждена
                иная дата
Конца –
           в июле,
                в сорок первом,
                Гроб,

                от дружеской руки,
                а «друга»
                руку –
Давно не тайна!  --
                Направляет
                Двор…

…Упал Он,
                не испытывая
                Муку –
Так точно
                на землю
                С Кавказских
                гор…

…Всё.
         От –
               Летела
                В небо
                Голубое
Душа гусара,
                Что Стихи
                Писал
Великие, --
               Остался
                не строкою
               По –
                Милованный
                Наконец
                Судь –
                Бою,
Когда от пули
                отморозка
                Пал.

                Говорят,  когда царь Николай I узнал о гибели Лермонтова, он сказал: «Собаке собачья смерть».»

                …Царь –
                н_е   п_о_м_и_л_о_в_а_л,
                и даже
                Смертью
Великую
             и Мнимую          
                Вину
      не искупил Поэт:
                Жестоко –
                Сердье
                Того кто
                отвечает
                за Страну,

              Ведь
                в той дуэли –
                никуда не
                деться
От Пониманья Горького
                Во –
                Век, --
                п_р_е_д  т_е_м   с_т_о_я_л
                н_е   п_р_о_с_т_о
                ч_е_л_о_в_е-к –
Увы! –
        Литературы
                Русской
                Сердце
Про –
     Бито – да…

               …Но где-то
                Во Вселенной
С тех пор От –
                Крыто Ши –
                Роко
                Окно,
И смотрит Он –
                Великий –
                Неиз –
                Менный
На Землю –
               Зная –
                что нам Суж –
                Дено.

    -- О долго –
                Летье Миру
                Напррочь Ты –
Поэт –
        В По – смертных –
                Хочется! –
                Сти –
                Хах…

                …Вот почтальон
                с по – ту –
                сторонней
                Почты
Несёт
           Благую Весть:
«Забудьте страх!!..»

_________________________________________
               
• Кумир Его клеймил – А. С. Пушкин.
• * Комильфо – не как следует.

                Писалось и дорабатывалось с середины октября по 29/X – 2014 г.; ещё дорабатывалось – август и сентябрь 2015г.

                Окончание.

                Слово к Лермонтову.

                -- Мир Душе Вашей, Михаил Юрьевич! Мы верим, что там, где давно Вы Пре – Бываете – нет ни зависти, ни злобы, нет ни доброжелателей и явных врагов,  которые всегда целились – хотя бы мысленно – в Ваше Великое Сердце. Вам – Неземному давно –мы в нашем XXI-м веке кланяемся земным поклоном за то что Вы сделали для нас. Этот мир не мог бы существовать без людей самых разных профессий – благодаря этим людям мы едим, одеваемся, поддерживаем своё здровье и т. д., и т. д. Но делают мир Много – Цветным – не дают ему посереть – только Художники – такие как Вы – для этого Бог и посылает Их на землю. И ещё для того Художники По – Сылаются в Мир, чтоб он окончательно не скатился в пропасть!..

                Конец.               
               
               
               

               
 

 
   

 

               




               
 
               
               

               


Рецензии