Глухая ночь. И комната пуста

Глухая ночь. И комната пуста.
Настольной лампы выгнутая шея
склонилась над покорностью листа,
ни зрения, ни силы не жалея.
Внутри плафона тлеет волосок,
томится, словно сердце в тёмной клетке,
и отсекает узкий островок
от темноты, застывшей на отметке
глухих ночных часов. В её кольце
я вывожу чернилами признанье,
что боль, запечатлённая в лице,
давно переросла в воспоминанье.
Я помню, как мы верили в слова,
что наша связь от времени укрыта,
но жизнь, увы, по-своему права:
любовь не умерла — она размыта
дождями дней, где каждый сам себе
и строгий суд, и верный избавитель.
Я ставлю точку в собственной судьбе,
в которой ты — не гость и не спаситель.
А лампа всё гудит, храня тепло,
как будто ей самой немного жалко,
что всё, что было, что давно ушло,
оставив на листе лишь строчек жалких
неровный ряд. Вновь комната темна,
и лампа не расскажет, не заметит —
лишь лист бумаги, где мои слова
не значат ничего на этом свете.


Рецензии