Мам...
Когда в книгах еще сказки, но точно не страницы.
Сестрёнке всего год, она тебя даже не знала,
Твой голос, твою ласку, только как-то ощущала..
Росли мы на качелях во дворе чужих историй,
Где все дети бегут к мамам сразу после ссоры.
А мы — за руку друг с другом, сквозь ливни и метели,
Взрослели слишком быстро, едва забыв про колыбели.
Время суровый мастер стирать из прошлого детали,
Но в памяти твой силуэт мы ни на что не променяли.
Как буд-то фотокарточка, спрятанна под самым сердцем,
Куда в любую бурю тихо распахнётся дверца.
Я помню тот твой взгляд, хоть и тускнеют порой краски,
До сих пор ищу тебя в каждой доброй детской сказке.
Ты — в каждом вздохе, в тишине комнат пустых,
Даже когда весь мир угаснет и будет забыт.
Семь и один — цифры, застывшие в ране,
Ну а любовь к тебе крепче гранита и стали.
Слышишь, мам? Мы сквозь годы несем твое имя,
Для нас жиее всех живых, всё так же любима...
Сестра уж взрослая, смотрит теперь твои фото,
Ищет в зеркале черты твои и те же нежные ноты.
Молчим по вечерам, часто глядя в окно,
Мне без неё было б и плохо и очень тяжело.
Мы делим на двоих, что не додали нам судьбой,
Каждый наш шаг вперед — это шаг за тобой.
Знаешь, больно бывает, на душе когда гроза,
И хочется просто смотреть вновь в твои глаза.
Спросить: «Как дела там, наверху, за чертою?»
Ты лишь меня спроси и я тебе павду раскрою.
Пусть говорят: «Время лечит и пройдет тоска»,
Любовь к тебе, по венам застыла у виска.
Мы любим тебя мам, сквозь тучи и пучины дней,
Бабушка, нам стала мамой, как и была мамой твоей.
Ты — в каждом вздохе, в тишине комнат пустых,
Даже когда весь мир угаснет и будет забыт.
Семь и один — цифры, застывшие в ране,
Ну а любовь к тебе крепче гранита и стали.
Слышишь, мам? Мы сквозь годы несем твое имя,
Для нас жиее всех живых, всё так же любима...
Свидетельство о публикации №126111602487