Диалог сквозь тишину
два-три стиха и скалят рот щербато,
что светская любовь — лишь долг певца,
духовная любовь — лишь плоть аббата.
На чье бы колесо сих вод не лить,
оно все тот же хлеб на свете мелет.
Ведь если можно с кем-то жизнь делить,
то кто же с нами нашу смерть разделит?
И. Бродский
Нет человека, который был бы как Остров, сам по себе...
Джон Донн
Уснуло все на призрачном стекле,
в холодном отражении Вселенной.
Заряды душ, как атом на нуле,
замрут в преддверье истины нетленной.
Там время застывает на часах,
Стирая все, что было нам так свято.
И тишина ложится на весах
тяжелым сном погибшего солдата.
Наш каждый шаг и каждый робкий вздох
лишь черновик для будущей разлуки.
На перекрестках будущих эпох
когда-нибудь прозреют наши внуки.
В единый свет сольются ночь и день,
разбив гранит дуальности жестокой:
проснется Джон, шагнув на ту ступень,
где больше нет ни близких, ни далеких.
Ну а пока пространство тихо спит,
покачивая вечность на ладонях,
смиренно ждем, как ангел вострубит,
вновь возродив нас в смертных эмбрионах.
15/11/2026
Примечание автора: Это стихотворение — попытка вступить в заочный диалог с Иосифом Бродским и Джоном Донном, взглянув на вечный вопрос жизни, смерти и человеческого одиночества через призму квантовой физики и идеи недуальности. Там, где замирает движение атомов и стираются границы времени, исчезает и разделение на «близких» и «далёких».
Свидетельство о публикации №126111503754