Реинкарнация
Смерть — это попросту гардероб. Сдаёшь
тело — берёшь номерок из гремучей жести.
Потом по нему выдают другое. Что ж,
мерку никто не снимал. И на новом месте
я окажусь, вероятно, в совсем чужом —
на размер тесней, с непривычной застёжкой слева,
в стране, где обходятся дательным падежом,
а год начинают по окончании сева.
Тебя же я там узнаю; не в лицо — опечаткой,
кочующей без изменений из тиража
в тираж. Или в чужом рукаве перчаткой:
номер не тот, а рука вспоминает. Душа
не копит заслуг и грехов — лишь погрешность, сбой,
дефект, по которому опознают монету.
Я тоже был только ошибкой — одной, тобой
допущенной. Прочих примет у розыска нету.
Жизни ложатся, как в коммуналке слои
обоев: под васильками — газета с прогнозом
на тридцать девятый; под нею — мои и твои
отметки роста карандашом. Под вопросом
только одно: кто следующий жилец
и станет ли он, затевая ремонт, сдирать до
самой стены. Ибо там, где у всех конец, у нас —
две черты, одна над другой. И дата.
Так что не жди ни сияния, ни темноты.
В следующий раз — с чужого плеча, при ином режиме —
я просто запнусь на слове, которое ты
всегда ударяла не там. И не будем чужими.
Свидетельство о публикации №126111408274