Блины и Бродский
Входила в дом. Литература
Звучала, разливала свет.
Ложился снег.
В углу на кухне слегка поскрипывал паркет.
Искусство медлило. Подспудно
Шептал грассирующий бог.
Поэт. Изгнанник. В век посудный
Сквозь время подводил итог.
Он говорил. Горели свечи.
Лилась на сковороду вязь.
И человечество, гордясь,
Рукоплескало.
Растеклась кружев нетканых золотница.
В амфитеатре чьи-то лица
Глотали, смаковали сок
Его пространных рассуждений.
Куда уж деться. Гений. Гений!
Наган, нацеленный в висок
Безграмотным и грамотеям.
Блины остыли. Холодея,
Надев Ахматовскую шаль,
Распятая гвоздями слова,
Цвела душа.
И снова, снова Венеция роняла слезы.
Дождливо отливал Нью-Йорк.
У гениальности свой срок.
Свои прогнозы.
Свой счёт невзгодам и делам.
Но словоносные деревья
Вросли корнями в той деревне,
Где бог живёт не по углам.
2026
Свидетельство о публикации №126111400006