Слово о бытии от Неиконного. Глава 11. Апокриф

Кучка разночинцев заявляла,
Что, мол, выражали интересы пролетариата
и крестьянства,
В классовых процессах были лидерами.
Сам «пророк» социализма
Инородному грузину
Дал неограниченную власть.
Тот приобретал учеников, крестил социализмом,
Но из скромности назвался — секретарь.
Отнял у «пророка» будущего пищу.
Смерть «пророка» объявил живой водой.
Сделался источник волей инородца —
Черпать неизбежность, управлять страной,
Гнева пролетарского быть полководцем.
Люди поклонялись как небесному отцу.
Было им обещано спасение от иудеев,
Если поклонятся в духе истине.
Из Кремля вещал Мессия, собирая жатву.
От земли пришёл, вознёсся выше всех,
Словом «божьим» меру высшую давал,
Управлял не жизнью вечной, а расстрелом.
Пищу все отведали, никто не смел отказываться,
И свидетельствами большинству запечатлели,
Что в Кремле — всесильный секретарь.
Не Христос, но сын сапожника,
И отец послал его учить трудящихся.
Диалектика большевиков-жнецов на нём:
Жните вместе с ним, уверуйте
В общую победу пролетариата.
С первого момента недоверие гоните.
Возносите к небу за социализм молитву,
Чтобы каждому досталось понемногу
Хоть цепей, хоть кабалы.
Воздавайте как за чудо
Общее благодарение за это.
Из Кремля необходимо направлять народы.
Духом социалистическим была окрещена Россия —
Приготовили пути для обрусевшего грузина.
Выходила вся страна, в кровавой купели крестилась.
Голосам народов сын сапожника
внушал своё благоволение.
Дух народный
Возводил для искупления в Сибири лагеря.
Пролетарский вождь жалел, что не случилось время
И «великий» Ленин не попал туда перековаться,
Предан не был неподатливым Иудой.
Стала от учения кремлёвского кровавою звезда.
Разошлась молва по всей вселенной,
Приближалось царство пролетариата на Земле.
«Краткий курс» был пролетарским Евангелием,
И в стране далёкой смерть от ледоруба
От величия освободила неуёмного еврея,
Чтоб не бросился в объятия буржуазии.
Несговорчивый Иуда очищал народ
И заставлял вставать с коленей,
Руку простирал, карал врагов,
Сам же оставался чист и, более того, священным,
Бесов изгонял из пролетарского ядра.
Революционные учения провозглашают грешникам
Исторической иконою марксизм.
Духом Ленина несётся очищение.
Во свидетельство величия плоды
Диктатуры обещают возрождение.
Между партией и пролетариатом нет противоречий.
Духом Ленина ведёт великий Сталин.
Смычка кирки и лопаты
Помогает новый мир построить —
Реставрацию царизма в скрытой форме,
Извращение чертога брачного.
От социализма остаются ветхие заплатки.
Не слова посеяли, а тернии.
Много взяли на себя, но не имели семени,
И не проросло то, что имели.
По сухой земле водили ржавыми серпами,
Не всходили семена и не росли…,
Пошлость на заборах называли спелыми плодами.
Зло и злаки путали,
Сеятелей не было, чтоб слово сеять.
От ортодоксального марксизма
Неизбежно приближались к лагерям.
Изгонялись книжники.
Всякий умник Маркса трактовал.
Мир вступил в эпоху суеверия.
Царство пролетариата неустойчиво само в себе —
Материализм диалектический
Одарил нечистым духом множество людей.
Приходили в церковь звать Христа,
Ждали — притчи бросят семя Царства Божьего.
С малой верой возникала пустота.
Многие хотели жить без Бога.
Кривизна людей изрыла гладкий путь колдобинами.
Срыли холм, но гору возвели…
Плоть утратила спасенье Божие.
Сатана народу некрещёным быть внушил.
Сад, плоды дающий, вырубили, бросили в огонь.
Небо не отверзлось, и никто не начал новое служение.
Заключён в темницу психологии Христос.
Дух Господень, где же Он?
Сокрушённых сердцем кто сумеет исцелить?
В гору поднимающийся пролетарий
Тянет непосильный камень.
То, что камень станет больше, —
В этом никаких сомнений,
И за это ошалевшему в Кремле благодарение.
Незначительные жертвы
Допустимы для строительства основ,
Крупным шагом двигающихся к цели,
Чтобы закопать в пустынном месте тысячи голов,
Как того потребовала социалистическая вера.
Проповедуя на съездах партии социализма благовест,
Для того чтобы народ теснился к коммунизму,
Заявляли бесы из Кремля,
Что сердца пустые смогут исцелять.
Исцеление расслабленных свершали втайне,
Путали в сетях, предпочитали утопить.
Отмеряли пролетарские молитвы мерой партии,
Но народам не давали ничего взаймы.


Рецензии