Золотые руки

Со службы — в семь.Пешком.
Жена: «Ну, как ты?»
«Нормально». Суп с лучком.
У двух — инфаркты.

«А руки мыл?» — «А то».
Час — в умывальной.
Скребу их. Как никто.
Хирург буквально.

Она всё шьёт: халат,
дочурке — платье.
Я тоже шью. Подряд:
три дела. Кстати,

все хвалят: руки — клад.
Кран, дверь, проводка.
И шеф, как крёстный, рад:
«Рука — находка».

На кухне — стук: жена
колотит мясо.
«Не так....Тут кисть нужна.
По почкам…» — «Ясно».

Обед ношу с собой:
в фольге — тефтели.
«Гость» давится слюной.
Глаза — две щели.

Сын тащит мне орех:
«Пап, расколи-ка!»
Мой «крепкий» после всех
трудов — заика.

Кот когти о диван
дерёт. Жаль вещи.
Днём сдался «партизан»,
как к ногтю — клещи.

Малой — в противогаз:
«Пап, глянь: я — слоник!»
С утра в таком у нас
синел крамольник.

Паяльник взял сосед.
Понюхал жало.
«Чем пахнет?» — «Не секрет:
смолил им сало».

Кран в кухне: кап да кап.
Найти бы время.
Оно — на службе: кляп
и капля — в темя.

Опять моргает свет.
Щиток ждёт лома.
У нас приёма нет
и против Ома.

Дочь — на закорки: «Но-о!»
Скачу. Ей — любо.
Заплечных дел давно
я мастер. Дуба

никто при мне не дал:
рука — на пульсе.
Убьёт любой вандал.
Я — до конвульсий.

Из ванны: «Я нырну!
Считай!» — Считаю.
В обед я жал ко дну
башку слюнтяю.

Кино. Подвал. Допрос.
Жена: «Вот звери!»
А я смотрю: всерьёз
так бьют? Не верю.

Балкон. Курю. Дымок
цежу сквозь зубы.
Днём кто-то выл у ног.
Что мне Гекуба?

Пёс тычется в рукав,
лизнул запястье.
Манжет чуть-чуть кровав.
Собачье счастье.

Лёг. совесть — в кулаках:
хрустит в суставах.
ни мальчиков в глазах,
ни снов кровавых.

Жена коснулась рук:
«Ах, золотые!»
Отмыты. После мук —
почти святые.